Сейчас мы просто пожирали друг друга. Наше шумное дыхание заполнило маленькую комнату.

Матвей путался пальцами в моей потрепанной дракой укладке. Ласкал грудь, обнажая твердые

вершинки. Дразнил их языком, вынуждая меня тихо стонать и выгибаться навстречу новым

ощущениям.

Как помешанная, я стянула с него пуловер и майку.

Кобуру он снял почти сразу сам и отложил на стул.

Я хотела быть с ним кожа к коже. Но Матвей не дал мне стянуть с него и джинсы.

Зато не ограничивал себя в ласке моего тела.

Наконец-то! Боже!

Его пальцы коснулись самой чувствительной сейчас точки моего тела, спрятанной за тонким

кружевом трусов.

Я вздрогнула от новых ощущений. Почувствовала, как Матвей передумал. Почти убрал руку,

которую я поймала за запястье и прижала пальцами обратно к чувствительной сейчас точке.

- Если не доделаешь… - горячо дышала в его губы. – …я сяду за нападение на сотрудника при

исполнении.

Матвей посмотрел на меня заволоченными желанием глазами. Коротко усмехнулся и снова припал

к губам в жарком поцелуе.

По заторможенному движению его руки, я поняла, что он всё ещё сомневается.

Бесит!

Но вдруг он отпустил себя. Совсем.

Поцелуй стал глубже, настойчивей. Его ласки начали балансировать на грани грубости.

И это было прекрасно.

Именно то, чего я ждала – он перестал воспринимать меня как хрустальную вазу.

Подушечки его пальцев с легким нажимом кружили по набухшему комку нервов, спрятанному за

уже мокрым кружевом.

Инстинктивно подавалась бёдрами навстречу его ласкам, понимая, что так ещё приятнее.

Лиф сполз с груди. Матвей поочередно ласкал обе, а я успевала только ловить ртом воздух и

сжимать зубы, чтобы не стонать.

И тут я почувствовала, что достигла пика. Вот-вот будет взрыв.

Матвей тоже это понял.

Прильнул к моим губам своими, чтобы поймать каждый стон, которые я была уже не в силах

сдерживать.

От поясницы яркой ощутимой вспышкой разлилось пламя. Пульсирующими волнами заполнило низ

живота, вынуждая сокращаться и крупно дрожать под непрекращающимися ласками.

Ни то стонала, ни то хныкала.

Настолько открытой и откровенной я не была ещё ни с кем.

Я полностью отдалась рукам Матвея, теперь точно зная, что могу доверить им себя без

сомнений. Он лучше меня самой знает, что и как со мной нужно делать.

Когда дыхание моё успокоилось, а в пустой и абсолютно легкой голове возникли хоть какие-то

мысли. Я открыла глаза и посмотрела в лицо нежно целующего мои щеки и подбородок Матвея.

- И ты скрывал от меня, что умеешь такое?

- Это ещё цветочки, - хмыкнул он

- Лучше бы вместо обычных цветочков дарил эти. Почему раньше такое со мной не делал?