— Идут хорошо, кэп, — пробасил он, кивнув на паруса. — Эта посудина… она словно живая. Никогда такого не видел.

— Она лучшая, Стив, — ответил я. — От нее зависит слишком многое. Как люди?

— Готовы. Рвутся в бой. Золотой флот — это не торговый шлюп грабануть. Каждый понимает, что куш велик, но и драка будет серьезная. Оружие проверено, порох сухой, канониры у орудий.

Я перевел взгляд на идущую рядом «Принцессу». Морган стоял на своем мостике, и наши взгляды встретились. Он ободряюще махнул рукой. Несмотря на все сложности, на тень предательства, витавшую между нами, я знал, что на Моргана можно положиться. По крайней мере, в бою. Его собственный интерес совпадал с моим.

Мы шли на северо-восток, огибая Кубу, точно по маршруту, указанному де Лонвийе. Погода благоприятствовала. Несколько дней плавание было спокойным, если не считать обычных учений и тренировок, которые я проводил на «Вороне», отрабатывая взаимодействие команды и проверяя системы корабля. Канониры под руководством опытного мастера, переманенного с верфи, осваивали новые прицельные приспособления, предоставленные Вежей. Точность их стрельбы на учениях поражала даже меня. «Морском Вороне» могло вести огонь на дистанции, недоступной для большинства кораблей того времени, и с пугающей кучностью. Это был наш главный козырь против тяжелых, неуклюжих испанских галеонов.

По ночам я почти не спал. Прокручивал в голове план атаки, возможные контрмеры испанцев, думал о Лоране — где он сейчас, успел ли предупредить врага? И о неизвестном убийце на борту. Кто он? Чьих приказов ждет? Я приказал Стиву усилить личную охрану, хотя понимал, что от удара в спину это вряд ли спасет. Паранойя — плохой спутник в походе, но избавиться от нее я не мог.

Наконец, на исходе пятого дня плавания, мы достигли точки, где, по расчетам де Лонвийе, должны были пересечься с испанским караваном — у выхода из Старого Багамского пролива. Напряжение на борту стало почти осязаемым. Разговоры стихли, все взгляды были устремлены на северо-восток, откуда должны были появиться вражеские паруса. На мачтах всех кораблей дежурили лучшие впередсмотрящие.

— Парус на горизонте! — раздался наконец долгожданный крик с марсовой площадки «Ворона».

Сердце забилось чаще.

— Вижу! Один… два… три… Четыре галеона! Тяжелые! Идут под испанским флагом!

На палубу высыпали все, кто не был занят на вахте. В подзорную трубу я сам разглядел четыре больших, неуклюжих транспортных галеона, тяжело груженных, шли плотным строем. Это они! Золотой флот!

— Есть еще паруса! Правее! — снова крикнул дозорный. — Один… два… три корабля! Похожи на военные! Фрегаты или галеоны эскорта!