Кроме того, Тортуга — это улей, кишащий шпионами, доносчиками, завистниками и просто болтунами. Новость о нашей добыче разнеслась бы по острову за считанные часы. А оттуда — по всем Карибам. Испанцы, англичане, французы — все узнали бы о нашем богатстве и о нашей слабости. Попытки отнять золото последовали бы незамедлительно. Да и внутри нашего союза могли начаться проблемы. Лоран сбежал, убийца Рида все еще не найден — кто мог поручиться, что среди нас нет других предателей, готовых продать нас за долю добычи или по приказу своих хозяев? Держать такое количество золота под охраной на Тортуге, где каждый второй — пират или вор, было бы практически невозможно.

Нет, путь на Тортугу был закрыт. Оставался только один вариант. Дерзкий, рискованный, но единственно верный.

На следующее утро я снова собрал Совет Капитанов в своей каюте на «Вороне». Настроение было уже не таким праздничным. Лица посерьезнели, сказывались и последствия вчерашнего пира, и осознание масштаба захваченного богатства, а вместе с ним — и ответственности.

— Джентльмены, — начал я без долгих предисловий, обводя их взглядом. — Мы одержали великую победу. Мы захватили сокровища, которые сделают нас королями Карибского моря. Но именно поэтому мы сейчас уязвимы как никогда. Это золото — магнит, который притянет к нам всех хищников этих вод.

Я изложил им свои опасения насчет возвращения на Тортугу. Говорил о губернаторе, о шпионах, о риске предательства, о невозможности удержать такую добычу в безопасности на острове.

— Возвращаться на Тортугу сейчас — значит потерять все, — заключил я. — Потерять золото, потерять корабли, потерять свободу, а возможно, и жизнь. Де Лонвийе не позволит нам распоряжаться таким состоянием под его носом. А враги не дадут нам передышки.

Капитаны слушали молча, нахмурив брови. Доводы были очевидны, и спорить с ними было трудно. Но на их лицах читался немой вопрос: а что же тогда делать? Куда идти с этим проклятым золотом?

— Есть только один путь, — продолжил я, понизив голос, — ради которого мы и создавали нашу Компанию. Путь к нашей собственной базе. К нашей крепости. К Портобелло.

В каюте повисла тишина. Предложение было настолько неожиданным и дерзким, что у многих перехватило дыхание. Идти на штурм одной из сильнейших испанских крепостей сразу после тяжелого морского боя, с кораблями, требующими ремонта, с командами, уставшими и частично поредевшими? Это граничило с безумием.

— На Портобелло? Сейчас? — первым нарушил молчание Томас Тью, самый рассудительный из них. — Адмирал, вы в своем уме? Мы только что выдержали жестокий бой. Корабли нуждаются в ремонте, люди — в отдыхе. А Портобелло — это не транспортный галеон. Это крепость с мощными фортами, с гарнизоном! Идти туда сейчас — самоубийство!