— Хорошо, — согласился я. — А ты, Стив, присмотрись к Киту. Понаблюдай за ним, но так, чтобы он ничего не заподозрил. Меня интересует его поведение, его разговоры, его связи.

Мы просидели еще долго, перебирая детали, вспоминая лица и слова. Барбадос… Остров, где я чуть не закончил свою жизнь на виселице, теперь казался ключом не только к сокровищам Дрейка, но и к разгадке этого предательства. Кто-то из тех, кто делил со мной опасности и невзгоды, кто ел со мной за одним столом, оказался Иудой. Эта мысль жгла изнутри похуже любого рома.

В голове крутились образы: Блэквуд, с его вечной меланхолией и рассказами об отце; Кит, с его хитрыми глазами и слишком быстрыми руками. Кто из них? Или, может, кто-то еще, кого мы пока не приняли в расчет? Список был коротким, но каждый в нем вызывал неприятный осадок.

Я понимал, что Вежа здесь не лучший помощник. Нейросеть могла анализировать факты, просчитывать вероятности, но человеческая душа, особенно душа предателя, оставалась для нее загадкой. Здесь нужны были наблюдательность, интуиция и старый добрый дедуктивный метод.

Когда Морган и Стив ушли, я еще долго сидел в одиночестве, глядя на языки пламени в камине. За окном шумел захваченный город, пираты праздновали победу. А я думал о том, что самая главная битва еще впереди. Битва с невидимым врагом, который прятался среди своих. И пока эта крыса не будет поймана, ни о каком Эльдорадо не могло быть и речи. Слишком велика цена ошибки.

Впереди маячила неизвестность, но одно я знал точно: я докопаюсь до истины. Найду предателя и заставлю его заплатить. Иначе вся эта затея с Вольной Компанией, с походом за сокровищами Дрейка, не стоила и ломаного гроша. Чувство тревоги не отпускало. Нужно было действовать быстро, пока предатель не нанес новый удар. Расследование началось.

Утро в захваченном Портобелло выдалось на удивление тихим. Город, еще вчера сотрясавшийся от грохота пушек и яростных криков, затаился, зализывая раны и привыкая к новым хозяевам. Я проснулся с тяжелой головой, но с ясным пониманием: откладывать расследование предательства в долгий ящик нельзя. Цена промедления могла оказаться слишком высокой.

Морган, едва рассвело, отправился на борт одного из захваченных английских фрегатов, где теперь размещался Джон Блэквуд. «По-дружески потолкую о делах давно минувших дней и планах на будущее», — усмехнулся валлиец перед уходом. Зная Моргана, я не сомневался, что за этой дружеской беседой будет скрываться допрос с пристрастием, тонкий и безжалостный. Стив, мой верный боцман, получив четкие инструкции еще накануне, уже растворился в портовых трущобах. Его задачей было не спускать глаз с юнги Кита, который, по некоторым сведениям, уже успел завести там сомнительные знакомства. Мне же оставалось самое, пожалуй, неблагодарное, но необходимое — обратиться к Веже.