— Ну, и Софи не здорова, уж поверь. Только Ванда не выполнит своего ей обещания, не видать ей Исайю в своих мужьях никогда. Она этого не допустит, скорее убьет глупую девчонку.

— Ты столько знаешь, откуда?

Только сейчас поняла, что голема, напавшего на меня, «рисовали» с Мориса. Ужасно. А каково самому Дрю? Явно непросто.

— После того как с моего сознания сняли подчинение, я вспомнил все, что когда-либо слышал или подмечал в бессознательном подконтрольном сознании, и рассказал мистеру Кану и следователю.

— Боюсь представить, какая реакция была у Исайи.

— Знаешь, моральную травму он точно не получил. Конечно, очень сильно удивился, сразу не поверил, а затем… скорее испытал сожаление, грусть, вину, тоску, может быть. Они со следователем нагрянули к мистеру Кану старшему, в допросе выяснилось… Джейкоб Кан знал о Ванде с самого начала. Он всё знал. И, по его словам, Ванда два раза в год проходила магическое освидетельствование, нашлись и подтверждающие документы. Того мага психотерапевта взяли, он причастен к подделке документов, и его ждет тюрьма. Джейкоба Кана пока задержали.

Меня немного мутило.

— А Ванду что ждет?

— Не знаю, но точно ничего хорошего, как и Адамсон. Что-то еще хочешь знать?

Пожала плечами, допивая вторую бутылку крови.

— Наверное, нет. Девушек жалко, они не заслужили то, что с ними сделали. Тела хоть найдут?

— Нет, никогда. Считай, их тела расщепили в кислоте.

— Печально.

Дрю согласно кивнул, а я красноречиво вытянулась на матрасе и прикрыла глаза, чтобы через короткое время очутиться в когтистых лапках дьявола в полной трансформации.

Сюрприз.

Первым делом меня тщательно обнюхали, вгоняя в шок и вместе с тем несусветную нежность, в особенности, когда грозный и такой большой дьявол опустился передо мной на колени, согнулся в три погибели, нагло отдернул кофту и уткнулся носом в живот.

— Почему не сказала, Настя? — тихий рокот, отдающий щекоткой в животик.

Возмутилась:

— Когда бы я успела?! После того как я узнала, меня почти сразу же сцапал голем той ненормальной по приказу твоей матушки!

Горячее дыхание приятно обожгло кожу.

— Между прочим, я негодую! Ты мне ничего не сказал, не поделился своими планами и тем, что знаешь личность убийцы, это раз. Два, малого того, что знал о наших эротических, м-м-м, приключениях, и снова мне не сказал ни черта! И три, позволил меня похитить!!!

— Виновен по всем пунктам, вину признаю, — мужчина вскидывает бледное лицо к моему, и мое сердце сжимается от того океана боли, что плещется в огромных бездонных черных глазах без зрачка с тлеющими сизыми огоньками. Дыхание предательски перехватывает.