От ответа меня избавил дружинник, который попросил Федю пройти в командирскую палатку и посмотреть там фотографии. Что характерно, в этот раз меня не позвали. Впрочем, там могли быть внутренние шишкинские тайны, в которые желания лезть не было. Мне своих хватало выше крыши.

— Ты что-то хотел у меня спросить? — поинтересовался дядя, стоило Феде отойти достаточно далеко, чтобы даже случайно не оказаться в курсе нашей беседы.

Я коротко пересказал услышанный разговор, упомянув и о том, что ради Прокола нас могли бы запросто списать, и о том, что у Шелагиных к Вьюгиным существуют какие-то загадочные счеты.

— Ты уверен, что речь шла именно о Вьюгиных? — спросил дядя. — Может, как раз о Федоровых? Потому что первое, что я подумал после Вовкиного рассказа о твоем отце, — что он талантливый лицедей, потому что я даже не подозревал о его гнилой натуре. Э-э-э, прости, Илья, речь, конечно, о твоем отце, но тут уж лучше сразу правду говорить, чем обходиться недомолвками и экивоками.

Вступаться за отца я и не подумал. Вряд ли дядя Володя соврал, а это значило, что отец действительно вел себя непорядочно по отношению к принявшему Роду.

— Он сказал: «Окончательно портить отношения с Вьюгиными».

— Не знаю, что думать. Может, речь шла о неудачном устранении Евгения? Когда случайно под него попали твоя мать и бабушка?

— Судя по беседе княгини и тети Аллы — неслучайно…

— Ну так несколько факторов сошлось. Хотели уничтожить одного твоего отца, но влезла княгиня — и жертв получилось больше. Причем, похоже, Шелагины тогда откупились, если отец не хочет разбираться в том, что было.

Теория казалась стройной, только я был уверен, что мы не учитываем чего-то важного. Возможно, как раз того, из-за чего вообще понадобилось устранять несколько человек из нашего Рода.

— Ну, я реально не слышал, чтобы между нами и Шелагиными были какие-то разборки, — продолжал дядя. — Меня, конечно, до клановой политики по молодости не допускали, а потом я вообще старался держаться подальше от этого гадючника, по недоразумению именующегося семейством Вьюгиных, но такие вещи в тайне удержать почти невозможно. Не от нас, так от других бы вылезло.

— Дядя Володя может что-то знать, — предположил я.

— Вовка-то? Может. Вопрос, стоит ли в этом копаться? Иногда лучше не разрывать старые тайны.

— Из-за которых нам может прилететь?

— Прилететь нам может из-за новых, а старые разве что отношение к нам определили, — возразил дядя. — Нам сейчас нужно тихо отсидеться, чтобы уйти из зоны интересов Шелагина. Теоретически можно вообще княжество поменять, если прижмут. А то и вообще в Дальград рвануть. Основное-то у нас с тобой тут, — Он постучал по виску. — А это всегда с нами.