и остановился. Мне не пройти барьера. Да и ни к чему это. Не в этом дело. Когда не знаешь, как поступить, нельзя верить ничему. Ни холодной голове, ни чистому сердцу, ни горячим рукам. – Антон! Я посмотрел на Гесера. Шеф казался чем-то озабоченным. – Это не просто буря, Антон. Это ураган. Будут жертвы. – Темные? – просто спросил я. – Нет. Стихии. – Немножко перебрали со средоточием Силы? – поинтересовался я. Шеф не отреагировал на насмешку. – Антон, какая степень магии тебе позволена? Конечно же, он знал о сделке с Завулоном. – Вторая. – Ты можешь остановить ураган, – сказал Гесер. Просто констатируя факт. – Все кончится проливным дождем. Ты собрал достаточно Силы. Ветер навалился снова. И он уже не собирался прекращаться. Ветер рвал, давил, будто решив снести нас с крыши. Ударили струи дождя. – Пожалуй, это последний шанс, – добавил шеф. – Впрочем, решать тебе. Со стеклянным звоном вокруг него возник силовой щит, будто Гесера накрыли кульком из мятого целлофана. Еще ни разу я не видел, чтобы маг применял такие меры защиты от заурядного буйства стихии. Светлана, в развевающемся платье, продолжала рисовать Книгу Судьбы. Егор не шевелился, стоял, будто распятый на невидимом кресте. Может быть, он ничего уже не воспринимал. Что происходит с человеком, когда он лишается старой судьбы и еще не обретает новую? – Гесер, ты собираешься устроить такой тайфун, по сравнению с которым эта буря – ничто! – крикнул я. Ветер уже заглушал слова. – Это неизбежно, – ответил Гесер. Он вроде бы говорил шепотом, но каждое слово звучало совершенно ясно. – Это – уже свершается. Книгу Судьбы стало видно даже в человеческом мире. Конечно, Светлана не рисовала ее в буквальном смысле, а вытягивала из глубочайших слоев сумрака. Делала копию, любое изменение которой отразится на оригинале. Книга Судьбы казалась муляжом, макетом из пылающих огненных нитей, неподвижно висящим в воздухе. Капли дождя вспыхивали, касаясь ее. Сейчас Светлана начнет менять судьбу Егора. А потом, через десятилетия, Егор изменит судьбу мира. Как всегда – к Добру. Как обычно – безуспешно. Меня шатнуло. В один миг, совершенно неожиданно, сильный ветер перешел в ураган. Вокруг творилось что-то невообразимое. Я видел, как останавливаются на проспекте машины, прижимаются к обочине – подальше от деревьев. Совершенно беззвучно – рев ветра заглушал грохот – рухнул на перекрестке огромный рекламный щит. Какие-то запоздалые фигурки бежали к домам, будто надеясь найти укрытие у стен. Светлана остановилась. Раскаленная точка