Улица около таверны встретила меня сильным холодным ветром. Как хорошо чувствует меня земля. Какое состояние души, такая и погода. Несколько дней было тепло и солнечно, именно этих дней мне хватило ощутить себя обычной девушкой, нужной хоть кому-то. Сейчас... холод мерзкой поступью мурашек пробирается сквозь легкую ткань костюма и берет в свои объятья разгоряченное тело.

— Мастер он, конечно, какого еще поискать... — рядом со мной оказался хозяин таверны, покуривающий душистую трубку. Восседал гном около входной двери на скамье, сделанной, наверное, его же руками.

— Простите... — мало ли, может, старик уже с ума сходит потихоньку. Гном хмыкнул как-то невесело, затянулся глубоко и выдохнул на меня клубок густого дыма.

— Каагл. Он лучший в своем деле... Вроде и убивает, а вроде бы и ни при чем, — чуть повеселей хмыкнул Борм, еще раз затягиваясь. Меня так заинтересовало это, что я, не обращая внимания на ароматный дым, кружащий вокруг меня, присела рядом и приготовилась внимать. Гном долго ничего не говорил, пыхал трубкой и смотрел на темнеющее с каждой секундой небо, — Все его жертвы погибают сами, самоубиваются. Он всегда выполняет заказ, всегда. Вот сейчас, сидел себе аспирант академский, попивал темный эль, грустил себе, никого не трогал и раз! нож себе в сердце воткнул. А наемник и ни при чем. Маг-то сам, все сам.

— Так, сейчас там человек покончил с собой? — столько криков было, наверняка.

— Да вот, забрали стражи сразу, как из-под земли появились тут же и исчезли. Никто и не понял ничего, — Действительно, даже я ничего не заметила. Был шум, потом все ломанулись куда-то, потом были ребята... Я не заслуживаю быть рядом с ними, не имею права даже мечтать о таких друзьях. От моего общества они пострадают, все правильно... Я буду сама по себе. Одиночка.

Кивнув доброжелательному гному на прощание, пошла обратно в общежитие. Холодный ветер все так же грубо бил в либо, хлыща моими же волосами и по лицу, и по спине, причиняя легкую боль. Сердце в груди сжималось от странных чувств. Как легко кошечке привыкнуть к кому-то... Вот только стоило подружиться с девочками и все, я им не опасна, потому что люблю... В глубине души, не отрыто для всего мира, но люблю... Каагл, мой тайный искуситель. Как сердце сладостно сжимается только мысли о нем. Кто же он? И что ему нужно от меня. И страшно и безумно интересно.

На территории Академии было пустынно, будто только мне одной нужно быть здесь. Ветер качал декоративные деревца конусообразной формы, срыв зеленые еще листочки и бросал мне в лицо, давая кожей ощутить всю прелесть болевых ощущений, уже огнем горящей кожи. Комната встретила также холодно. Одиночка — это как состояние души... Дав волю горячим слезинкам, одиноко скатившимся по горящим щекам, плюхнулась на кровать. Все бы «хорошо», но послышался шелест и своей филейной частью я почувствовала на покрывале что-то чужеродное.