Мой несчастный настрой прервал притянувший взгляд кувшин с чаем. Печально улыбнувшись самой себе, взяла лакомство и пошла в столовую. Кувшин я обнимала так, словно это самое дорогое, что у меня есть. Встречным девушкам, смотрящим на меня с затаенной опаской и злобой, отвечала холодным пренебрежительным взглядом.
— Полукровка! — плюнула буквально презрением высокая красивая брюнетка с пышными формами и волнистыми волосами. Ее полные коралловые губки кривились в некрасивой гримасе, портя внешнюю красоту. На ее стопроцентное попадание о разбавленности моей крови я ей ответила все тем же холодным взглядом, осадив девушку таким же, как у нее, презрительным. И уж мои звериные глаза получше некоторых показывают это чувство. Ты не обозвала, деточка. Просто сказала, как есть. А как именно — неважно. Проходя мимо красотки, услышала чутким слухом ее возмущенное сопение. Ну да, самки клана Нарр такие: красивые, гордые и стервозные. Что есть, то есть.
По пути к столовой пришлось немного померзнуть под неприятным мелким дождиком с леденящим все тело ветром. Ноги хлюпали в мелких лужах, ботиночки, выданные к платью, тут же промокли — абсолютно не практичная обувь! Волосы закучерявились и теперь я была похожа на самое чудное чудовище в природе. Вроде и страшно-ужасная: когти, клыки и янтарные глаза, словно светящиеся, в то же время рыжая и кучерявая, так еще и мокрая. С другой стороны... а почему чудовище нельзя быть рыжим? Неожиданная мысль развеселила и зашла в теплую столовую я в нормальном расположение духа. Но веселье тут же исчезло, стоило мне увидеть девчонок, вяло ковыряющихся в тарелках. Ну хоть все хорошо с ними... Бывшие подруги заметили меня, спрятали глаза и по-быстрому сбежали. Иначе их слаженные действия не назовешь. Уходя, меня они обошли по кругу, так и не поднимая глаз. Все правильно, лучше бойтесь меня... Так, будет лучше. Вам, девочки, будет лучше. А я переживу.
— Погода — мерзость! — кухарка, полная женщина- призрак, бухнула мне разогретый мой же чай и тарелку с выпечкой на поднос. Вежливо поблагодарив, дала другим адептам взять свою вожделенную еду. В спину мне доносились тихие обзывательства, ребята скатились до банальных «дочь Нарр, только так поступила, выродок, живет в лучших условиях».
— Местечко — тоже! — фыркнула я чересчур весело. Призрак, прищурив веселые глаза, посмотрела на меня.
— Люблю ведьм! — заулыбалась кухарка, прибавив на моем подносе еще одну булочку. Мне никогда не привыкнуть к этим людям и нелюдям, живым и... не очень. От приятного поглощения позднего завтрака меня отвлек шепот за моей спиной. Сидела я в самом темном и нелюдимом углу просторной столовой. Но, видно, и в тени не скроешься. То и дело адепты, пришедшие поесть, поднимали на меня глаза и разглядывали. Сначала я, вообще, не обращала внимания, но... спину начало буквально жечь, нервы так и шалили. Эри рвала от беспокойства душу, причиняя почти физический дискомфорт. Наконец, я просто не выдержала и застонала, скрючилась над своей едой. В столовой и так стояла тишина, а после моего болезненного стона — мертвая. Мысленно я пыталась успокоить Эри, а вот внешне... меня перекосило от боли, да и клыки с когтями вновь рванули на волю. Как же давно я не была кошкой. Халатно отнеслась к естественному жизненному циклу — вот результат. Смахнув холодный пот, я, тяжело переставляя ноги, мышцы которых нещадно гудели, пошла на выход. Давала я себе передышку только в моменты, когда прислонялась разгоряченной кожей к стене. Такой холодной, спасительной. Но ощущая горячие взгляды в спину, выпрямлялась и шла дальше. Эри уже рычала вовсю, не желая слушать меня. Ей тоже было больно, но ей эта боль даровала свободу, а мне...