— Добрый день, — вежливо поздоровался я, проходя мимо. Сегодня на бородаче плаща не было, была футболка, которую человек обычного размера мог бы использовать в качестве шатра.

И ствола тоже не было, разве что он его в сумке с инструментами хранил.

— Привет, сосед, — сказал он. — Слушай, ты в мотоциклах разбираешься?

— Ну, у них два колеса, и с них можно упасть, — сказал я.

— Так, сука, и я разбираюсь.

— Свечи проверял?

— Да что я уже только не проверял, — вздохнул он. — Не хочет, и все тут, и такая ерунда с ним постоянно случается. Мне иногда кажется, что он меня испытывает. И иногда — что он хочет просто выбесить меня к хренам!

Последнюю фразу он буквально выкрикнул, и я сделал вывод, что у мотоцикла получается.

— Техника… — неопределенно сказал я.

— Туды ее в колено, — сказал он. — Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса. Мне на работу скоро, а он выкаблучиваться решил.

— Бывает, — сказал я.

— Придется машину брать, а я в эту консерву как-то не слишком хорошо вписываюсь, — он обтер грязную руку о штаны и протянул мне. — Александр.

— Василий, — чувак он был здоровенный, но пытался этим не злоупотреблять. Рукопожатие у него было аккуратное, словно он боялся сломать мне руку.

— Лучше Сашка, — сказал он. — Не люблю этот официоз.

— Лучше Чапай, — сказал я.

— Почему Чапай?

— Потому что Иванович.

— Логично, — согласился он. — И как давно ты Чапай?

— С того момента, как соседские пацаны фильм посмотрели, — сказал я.

— Тоже, сука, логично, — сказал он. — Ты не обращай внимания, что я все время ругаюсь, просто работа у меня нервная.

— А где ты работаешь? — из любопытства спросил я.

— В ОБХСС, — сказал он.

— За неуставную бороду не шпыняют?

— Пытались, — сказал он. — Но я слишком ценный, сука, сотрудник, так что могу себе позволить быть немного эксцентричным. А ты, я смотрю, служил?

— Служил, — у меня что, на лице написано? — Но сейчас уже на пенсии.

— По ранению или аппаратные разборки?

— Длинная история, — сказал я.

— Понял, потом как-нибудь расскажешь, — согласился он. — Посидим, пивка попьем. Ты к пиву как относишься?

— Хорошо отношусь, — сказал я.

— Ну слава богу, — сказал Сашка. — Я к непьющим, знаешь ли, с опаской… Странные они люди, как правило, скрытные, нервные и, сука, подозрительные. А сейчас прости, сосед, мне перед работой надо руки помыть.

Мы вместе вошли в подъезд. Сашка жил на втором этаже, так что проводил меня до половины пути. Потом мы снова обменялись рукопожатиями, и он отправился приводить себя в порядок перед очередным раундом борьбы с расхитителями социалистической собственности, а я пошел к себе, дабы заняться учебными планами.