Может ли быть такое, что я пропустил удар по голове, сам того не заметив? Весь мой жизненный опыт и все мое естество восставали против этой версии, но как еще можно объяснить этот провал в памяти?
Я ощупал голову рукой, дырок на ней не было, кровь не испачкала руку.
— Странная фигня, — заметил я.
Больше не опасный «опасный» что-то простонал в ответ.
— Прости, что? — переспросил я.
— Уйди уже, — попросил он. — И без тебя тошно.
— Да-да, ухожу, — сказал я и побрел по тропинке, переступая через валяющиеся тела. На всякий случай еще раз проверил все карманы, и в заднем пальцы нащупали тонкую книжицу знакомых габаритов.
Паспорт.
На кой черт я взял его с собой на незапланированный вечерний променад? Как такое вообще могло случиться, что паспорт я взял, а телефон оставил дома?
Машинально я открыл паспорт, заглянул внутрь. Уж даже не знаю, что я рассчитывал там увидеть, но то, что увидел, меня сильно удивило. Фотография там была моя, только развернута она была не в ту сторону. И имя-фамилия там тоже были мои, а вот с датой рождения паспортистка что-то напутала.
Равно как и с датой выдачи.
Все еще вертя паспорт в руках, я вернулся к ребятам и задумчиво потыкал лишенного кастета парня ногой.
— Чего еще? — простонал он.
— Какое сегодня число? — спросил я.
— С утра было двадцать пятое августа, — сказал он.
— Спасибо, — искренне сказал я, благодарный уже за то, что он не стал выделываться. Теперь, когда я был вооружен, а точнее, отягощен новым знанием, в глаза мне бросились детали, на которые я не обращал внимания раньше. Стиль одежды этих пацанов, высота домов за пустырем, всякое такое. Мелочи, но довольно характерные. — А год какой?
— Восемьдесят девятый, — сказал он. — Ты что, терминатор?
— Э… — из паспорта выпала сложенная вчетверо бумажка. Я развернул ее и увидел приказ о своем зачислении на работу в школу номер двадцать семь города Люберцы. Чего, вообще-то, не должно было быть, потому что я работал в школе номер тридцать шесть.
Города Люберцы.
Но главное оставалось неизменным.
И поскольку человек, которому я только что сломал руку, все еще ждал ответа, я решил дать ему этот ответ. И плевать, что ни для него, ни для меня самого жить проще и понятнее после этого не станет.
С другой стороны, всегда лучше знать, чем не знать.
— Нет, — сказал я. — Я не терминатор. Я физрук.
Глава 2
Будучи взрослым, рациональным и здравомыслящим человеком, первым делом я ущипнул себя за руку. И за ногу, прямо через джинсы. Больно было в обоих случаях, на руке остался след. На ноге проверять я не стал.
Похоже, я не сплю. Тогда какого черта тут происходит?