— Это да, — он замялся. — Это… тут такое дело, Чапай, стрелу нам забили. Ну и я решил тебя до кучи позвать, для солидности. Тебе ничего даже делать не надо будет, так, постоишь, лицом посветишь…

— Когда? — спросил я.

— Завтра вечером. Ты на своей подъедешь?

— А из-за чего зарубились-то?

— Ну, там мутная история, — сказал Тимур. — Они нашего пацана на бабки кинули и отдавать не хотят. Говорят, что он им должен был.

— А он был?

— А я знаю? Говорит, нет, но, говорю же, дело мутное. Надо разбираться.

Я вздохнул.

— Понимаю, что о многом прошу, Чапай. Ты только вернулся, а тут это… Но, блин, у нас двое на этой неделе выбыли, один в больничку, другой по делам семейным, мне реально выставить некого. А ты ж понимаешь, если они поймут, что мы тупо слабее, они могут начать замес, а мне это сейчас вообще не надо. Я бы к тебе не пришел, но у меня реально другого выхода нет.

— И сколько их будет? — спросил я.

— Семь, может восемь. Край — десять.

— А нас?

— С тобой — семеро.

— Мелко плаваешь, Тимур, — сказал я.

— Так мы ж только начинаем, — сказал он.

— Может, лучше все-таки кооператив?

— Одно другому не мешает.

— Ага, — сказал я. — В период первоначального накопления капиталов люди не гнушаются использовать любые средства.

— Я не понял, — сказал Тимур. — Ты будешь или нет?

— Буду, — вздохнул я. — Как вооружаться?

— Да не будет ничего, думаю, на словах все разрулим. Но на всякий случай возьми что-нибудь потяжелее… ну, ты знаешь. А потом с пацанами твое возвращение отметим.

— Угу, — сказал я.

Согласие на участие в стрелке противоречило моему решению ни во что не влезать без тщательного обдумывания, но своим пацанам не отказывают, а Тимур, похоже, был своим. И судя по тому, как он нервничает, помощь ему действительно нужна.

Ну что ж, один раз можно и помочь, но если он начнет этим злоупотреблять…

В общем, надеюсь, что не начнет.

Он радостно ускакал дворами, чтобы поделиться с остальными радостной новостью, а я побрел к подъезду и опять столкнулся с Сашкой. Что-то уж больно часто мы с ним пересекаемся, я половину других соседей вообще в глаза не видел…

— Проблемы? — спросил он, мотнув головой в сторону ускакавшего Тимура.

— Друзья юности суровой, — сказал я.

— Значит, проблемы.

— На разборку позвали, — сказал я. А зачем я вообще это ему сказал, он же, какой-никакой, а милиционер? С другой стороны, в обычной встрече за гаражами никакого криминала нет, до тех пор, пока кулаками махать не начнут и кого-нибудь не покалечат, чего я попытаюсь не допустить. — За спиной для солидности постоять.

Может быть, все дело в некоторой моей растерянности и отвлеченности от реалий восемьдесят девятого года. Или в том, что Сашку я знал на пару дней дольше, чем Тимура, и он почему-то вызывал у меня больше доверия.