[ВНИМАНИЕ! Акустический перегруз!]
Мутация: Дух Посудного Звона эволюционировал в подвид «Резонирующий Полтергейст» (Редкость: Тень)!
До критической звуковой волны: 20 секунд.
И ниже, деловым, но уже ощутимо торопливым почерком:
[Задание: «Тишина в библиотеке»] Нейтрализуйте мутанта до того, как он ударит по частотам. Награда: +2 к Восприятию. Редкий Якорь. Штраф за провал: Уничтожение всех хрупких предметов в радиусе 15 метров. Убыток: ~40 золотых монет в лавке. Шанс Оглушения: 30%.
Я перевёл взгляд на полки вдоль стен — три ряда стеклянных колб с заготовками, деревянные рунные болванки, тонкие пробирки с настоянной маной, всё то, что Велес копил годами и что составляло капитал его мастерской. Стекло уже дрожало. Мелкая рябь бежала по поверхности жидкости в колбах, и стенки ближайшей пробирки подёргивались, готовые лопнуть в любую секунду.
Сорок золотых — это стоимость всей мастерской вместе с верстаком, инструментами и, пожалуй, обеими почками мастера Велеса, если продавать их по рыночной цене Района Щепок.
19 секунд…
— Лука, осторожно! Он сейчас взорвется! — крикнул Велес.
Глава 2
Девятнадцать секунд. В общем-то, это не так мало, если не паниковать.
Я приземлился на корточки у двери, в три движения указал на Брана, на себя, и изобразил застёжку на рту. Второй рукой ткнул резко вниз, к полу. Жесты, понятные без слов любому дуболому.
Бран моргнул круглыми глазами, но опустился рядом со мной и замер так, что даже дышать перестал, надувая щёки.
Молодец. Хоть с этим не надо объяснять дважды.
Багровая дыня под потолком раздулась уже до размера тыквы и выла, выгибая воздух вокруг себя в дрожащее марево. Стёкла в окнах звенели мелким бесперебойным звоном. На полке прямо надо мной начала медленно сползать с края крайняя колба с зелёной настойкой.
«Семейство: Резонансные. Питается звуком. Усиливается от резких частот. Успокаивается от темноты и тишины».
Услужливо проступило сбоку, мелким научным почерком. Хоть в чём-то Система не подводила.
Понятно. Этот дух сейчас как бьющаяся птица в клетке. Значит, нужно лишить его раздражителей, а не пугать ещё больше.
Нужно чем-то его накрыть… Войлок!
Велесов выходной плащ висел на гвозде у двери, как старая туша медведя. Толстый, серый, валянный в две зимы, тяжёлый, с ворсом в палец. В прошлой жизни я видел такие плащи в коллекции этнографического музея, и куратор с гордостью говорил, что в них пастухи спали на снегу. Сейчас этот плащ был лучшим звукопоглотителем в радиусе километра.
Я снял его с гвоздя одним плавным движением. Ткань легла мне на руку тяжёлой грудой, пахнущей дымом и старым мастером. Прости, Велес, лучше плащ, чем вся лавка.