Я мысленно хмыкнул, и с силой сдержал улыбку. Обиделась, всё таки! И правда, егоза с шилом в одном месте, как и говорил Велес.
Тем временем внутренний голос под рёбрами уважительно поаплодировал. Несмотря на эмоции, у девчонки чистая купеческая хватка Высшего Дома. Своё она не упустит, уважаю.
Я молча скинул сумку с плеча, распустил ремешок и запустил руку на самое дно. Пальцы нащупали тяжелый, набитый монетами бархат. Вытянув кошель, я протянул его аристократке.
Эвелина забрала серебро быстрым, отточенным движением.
— Удачи с Тотемом, подмастерье.
— Взаимно, госпожа, — я вскинул два пальца к виску.
Мы зашагали к воротам. Бран тяжело дышал, бревно на его плече чуть покачивалось в такт шагам, но здоровяк пёр вперёд с упорством локомотива. Проблема с материалом была решена чисто, и теперь оставалось только пустить в ход пилу Брана и резцы Велеса.
Уже на самом выходе с территории складов я вытер набежавший на лоб пот и случайно поднял голову.
Над нами нависало двухэтажное здание конторы. В широком окне второго этажа, за мутноватым стеклом, застыла высокая фигура. Мужчина средних лет в дорогом тёмном сюртуке. На высоком воротнике тускло поблёскивал вышитый серебряной нитью ворон. Я видел его впервые, но догадаться было не сложно.
Глава Дома не смотрел на суету грузчиков или на свою племянницу. Его тяжёлый, немигающий взгляд был прикован прямо ко мне.
Задумчиво протерев подбородок, мужчина чуть повернул голову и проводил глазами уходящее на плече моего напарника бревно — тот самый материал, отсутствие которого должно было гарантированно раздавить лавку Велеса. После чего, дядя Эвелины медленно развернулся, и вышел из поля зрения.
— Пу-пу-пу…
Холодок скользнул между лопаток и осел где-то в животе, а зубы сами собой плотно сжались. Похоже, изящная игра в поддавки закончилась и теперь нас начнут давить по-настоящему.
Глава 16
— Чего застыл? Случилось чего? — прогудел Бран, перехватил бревно, тяжело выдохнул и скосил на меня глаза.
Я моргнул, отрывая взгляд от мутного стекла на втором этаже, и покачал головой. Холодок между лопатками медленно рассасывался, сменяясь липкой испариной.
— Нет, дружище, ничего особенного. Просто задумался. Вороны нам эту выходку так не оставят. Стоит поторопиться, пока они не передумали и не отобрали деревяшку обратно.
Напарник сглотнул, перехватил лиственницу покрепче и заметно прибавил шагу. Сапоги застучали по брусчатке быстрее.
Мы двинулись к воротам под хмурыми взглядами гвардейцев. До них похоже дошло, что их пытались развести, и в каком-то роде у нас это даже получилось.