Мастер тяжело выдохнул и принялся тереть шрам на переносице.

— Я тянул, перезанимал, обещал. Дотянул до того, что в Магистрате на меня смотрят уже не как на мастера, а как на статью в реестре. Если до конца месяца я не закрою сумму, лавку опечатают. Инструмент уйдёт за долги, вывеску снимут. Меня самого в работный дом… скорее всего, не сошлют, староват уже, хоть с этим, наверное, повезло. А вот вас обоих запросто бы отправили, так что запомните слова старого пья… мастера, не берите кредиты!

Бран сглотнул. У Брана было простое, открытое лицо, и на нём отчётливо проступила взрослая, нехорошая тревога.

Я молчал. В голове у меня в этот момент шёл быстрый, привычный подсчёт — сколько у бабки Званы отложено на жизнь, на сколько хватит этой заначки при моём заработке подмастерья, и как этот расчёт меняется, если меня из этой лавки выкинут на улицу. Расчёт получался плохой.

— Но, — сказал Велес и поднял глаза. — У нас есть заказ. Один. Который закроет всё разом.

Велес положил ладони на серый свёрток и развязал бечевку. Ткань разошлась двумя половинками, как занавес, и под ней оказалась кость.

Я невольно подался вперёд.

Кость была длинная, в локоть с лишним, изогнутой плавной дугой, какая бывает у крупных рёбер. Цвет был белый, но не обычный белый кости, выцветшей на солнце, а тёплый, изнутри светящийся белый, какой бывает у хорошего фарфора, когда сквозь него просвечивает свеча. По поверхности шли тончайшие серебристые прожилки, почти прозрачные, складывающиеся в узор, который явно был не нарисован, а вырос изнутри. Я мысленно потянулся к кости тем же лёгким касанием, каким час назад трогал крашеный булыжник, и сразу отдёрнулся.

Кость отозвалась.

Не громко, не агрессивно. Она отозвалась глубоким, ровным, чистым гулом. Именно так гудит на затухании хорошо отлитый колокол.

Я сразу понял, что вижу действительно ценный материал. С такого материала, если правильно вырезать Колодец и правильно посадить дух, можно сделать вещь, которая будет работать сто лет.

— Красивая, — тихо сказал Бран. — Мастер, это…

— Это рог, — сказал Велес. — Не спрашивайте, чей. Я сам не до конца уверен. Мне его выдали с заказом и сказали не задавать вопросов. Я задавать не буду, и вы не будете.

— А заказчик кто? — спросил я.

Велес поднял на меня глаза, и я в первый раз за всё своё короткое знакомство с мастером увидел в этих глазах настоящий страх. Он знал, во что ввязался, и знал, что отступать поздно.

— Глава Дома Воронов, — сказал Велес. — Из Внутреннего Города.

В лавке стало очень тихо. Я никогда прежде не слышал ни про какой Дом Воронов, но по тому, как у Брана отнялся язык и как у самого Велеса на скуле дёрнулась жилка, я понял всё, что нужно было понять.