До столицы 280 вёрст, мы почти трое суток тащились по пока ещё не раскисшей дороге. Останавливались в трактирах поприличнее. В моей дорожной карете, запряжённою четвёркой лошадей, кроме Григория ехал и мой бессменный камердинер. А Тимофей, приглядывающий за нашей безопасностью притулился рядом с кучером. Позади тащится крытая повозка с нашими вещами. Там же едут двое слуг и запасной форейтор. Оружие и наиболее ценные вещи с нами. А в повозке находятся два огромных дорожных сундука, запас еды, фуража и прочие бытовые мелочи. Это уже полностью забота Митрия. И конечно же мы взяли верховых лошадей. Половину времени мы втроём едем верхом, так легче переносить скучную дорогу.
Нескончаемая череда деревушек, почтовых станций, трактиров и монастырей. А также перелесков, замёрзших речек и господских усадьб. И очень много грязи.
К исходу третьего дня дорога изменилась. Чаще стали попадаться деревни и сёла, а также встречные экипажи. Почтовые и с гербами дворянских родов. Ну и конечно купеческие обозы и крестьянские сани. Мелькали кавалеристы, потянулись загородные дома, сады и каменные ограды. Скорость передвижения упала вдвое. Ещё ранее ускакал мой слуга предупредить управляющего в моей усадьбе. Чтобы готовились встречать хозяина и протопили баню.
Мне стало интересно и я пересел в седло. Рядом трусит Григорий на своей лошадке. Моя Звёздочка всё норовит перейти в галоп, застоялась красавица, я потрепал её по шее.
Знакомый звук — колокольный перезвон. В холодной мартовской дымке звук разносится далеко. Потом показались купола всех цветов и размеров. Золотые, красные и зелёные. И наконец перед нами открылась панорама Москвы. Широко раскинулась столица. Это тебе не зажатый прямыми улицами Питер, тут за века понастроили. Вольготно стоят усадьбы, ближе к центру пошли каменные строения. И заметно, что много зданий совсем недавно построенны. Светлые и строгие, с итальянскими фасадами, портиками, аркадами и ровными рядами окон. Многие улицы были вымощены булыжником, сточные канавы убраны в камень, мосты через реку радуют глаз кованными ограждениями.
Здесь всё такое монументальное, как и положено столице. И, если честно, я не узнаю город. Вот пошли замощённые улицы центра, многочисленные экипажи, звон колоколов, ругань извозчиков, конские яблоки на мостовой, запах кофеин и пекарен. Всё это образует очень своеобразный фон.
На Пречистенку свернули уже в сумерках. Здесь потише, что не может не радовать. Меньше торговых лавок, шире улицы. Я бы сказал, что дома здесь перешли в разряд резиденций богатых родов. Высокие каменные ограды, кованные понтовые ворота, фруктовые деревья в садах. Тут живут люди, которые уже всё что надо доказали. Тут живут власть и деньги.