— Хорошо, нам давно надо построить жильё для наших сотрудников. Определимся с участком и Павел Федорович, думаю не откажется сделать проект и наблюдать за строительством.

— Конечно же — согласится. Ведь одним из типовых — будет наш. А теперь, давайте поговорим без галстуков. В будущем — это стиль более открытого общения. И я хотел бы знать, какие последствия возымело — сообщенное мной? Какие принимались решения? В том числе и на самом высоком уровне. Я из детской коляски уж точно не мог за этим следить. Образовалась ли Бангладеш, анонсировала ли «Интел» свой первый микропроцессор? Луноход, я уже знаю, успешно колесит по лунной поверхности.

— Ты должен понимать, что мне далеко не всё известно, а большинство — я не имею права разглашать. На твои вопросы отвечу да в обоих случаях. Решения принимались многие, и часть из них отсутствовала в твоих записках. Об остальном пока рано говорить.

— А давайте торговаться. Я за время длительного вынужденного простоя вспомнил еще многое, и снова начал подзабывать. Очень многое надо записать, но карандаш пока слушается далеко не всегда, и рука быстро устает. Я вам, вы мне — но основное, что мне надо знать, какую позицию заняло Политбюро? Пригодилась ли переданная информация или там решили, что на их век — итак хватит. А далее, как карта ляжет…

— Ну, умеешь ты задавать — детские вопросы. Это информация под самым высоким грифом секретно.

— А вы кивните, или отрицательно покачайте головой, а я пойму и дальше буду спрашивать. Время идет семимильными шагами, и куда движется страна? Вы же читали мои записи, и я в беседах с вами многое рассказывал о том, как в конце 80-х руководство КПСС торговало интересами страны и самой страной ради личной выгоды, плюя на мнение народа. КПК в конце XX века не стало на этот шаткий путь, а дала народу реальную свободу. Свободу выбирать своё предназначение в жизни и работать в выбранной области. То есть возможность творчества, а вовсе не вседозволенность извращать всё в пустопорожних политических спорах эфиров телепрограмм, и устраивать войны остроконечников и тупоконечников[3]. И потому у них первая экономика мира в веке XXI, а не то, что можно наблюдать сейчас, и над чем лишь можно грустно улыбнуться. Хоть с Дэн Сяопином[4] установили контакт по партийной линии? Или сотрудники вражьих институтов, сами знаете каких, опять запудрили мозги руководителям страны?

— Я тебе, советую помнить об осторожности. Сам понимаешь, у родителей и всей семьи могут быть неприятности. Зачем тебе это?

— Товарищ полковник, я и тогда, будучи простым секс-туристом из века грядущего, переживал за страну. И сейчас, со своими знаниями — мог бы неплохо устроиться, пока не пристрелили бы в 90-х. «Я мзду не беру. Мне за державу обидно»[5]. Сейчас, это и вовсе моя страна! Думаете приятно двигаться, вновь к тем 90-м, но уже зная и сознавая, что там ждёт? Такой участи вы желали бы для своих близких? Понимаю, что лучше один раз увидеть, чем сотню раз услышать. Но я там уже был, и «пепел Клааса стучит в моё сердце!»[6]