Солдат не упустил возможности получить обещанное вознаграждение. Все случилось прямо в подсобке трактира. Там пахло сыростью и крысиным помётом. Это сейчас щёки Шайлы обжигал мороз, а минуту назад густой стыд и отвращение к самой себе. На этот раз фантазия не помогла отвлечься — Мэд вообще себя не сдерживал. С упоением трахал рот Шайлы, мстил за прерванное удовольствие. Давясь и задыхаясь, она отрабатывала свободу, понимая, что цена мечты — раздавленное тяжёлым унижением самолюбие шинарки и почти вывихнутая челюсть.
Не в силах терпеть гадостный привкус семени, Шайла сплёвывала на снег и брела по улице, сама не зная куда и зачем. Домой идти нельзя — Дуфф её поколотит. Ансгар на охоте, вернётся не раньше, чем через неделю. Кроме него, Шайле никто не поможет. Оживлять Богиню она не собиралась. Нет-нет! Нужно придумать, как убедить Гара забыть эту белобрысую шлюху, смириться с тем, что дочь Аи навсегда останется туманом. Шайла всерьёз рассчитывала занять её место, войти с Гаром в круг предков и получить законное право на деньги своего мужчины. Письмо от генерала с надписью «Ансгар» на конверте грело карман. Но, предки раздери, срок её свободы — до следующего заката, и это слишком мало, чтобы…
— Гар! — полный радостью крик Шайлы, разрезал гул собачьих голосов.
Чуть с ума не сошла от счастья, увидев, что по улице шагает её бывший. Слава Богам и предкам — вернулся! Она расскажет ему обо всём и получит защиту. Это же Ансгар — благородный, честный, способный на сострадание воин. Сострадание Шайле нужно больше остального, она ведь попала в беду. Ошалев от потока не самых правильных мыслей, бегом бросилась навстречу Гару.
— Что ты с ней сделала?! — ледяные пальцы сомкнулись на горле девушки. Не так чтобы сломать хрупкую шею, но достаточно, чтобы ощутить серьёзность вопроса.
В изумрудных глазах разъярённого мужчины плескалась ненависть — чистая, густая, настоящая. Эта ночь принесла Шайле много переживаний, перевернула её мир с ног на голову, и лишиться последних крох надежды означало — конец. Разум отказывался верить, что Гар откажет в помощи. Он теперь одинок, и неважно, кто в этом виноват.
— Она всё равно не осталась бы с тобой, — шептала, сомкнув веки, сжимая пальчиками крупные мужские запястья. — Дочь Аи — Богиня, зачем ей деревенщина?..
— Мне повторить вопрос? — воин сжал пятерню сильнее.
— Я всё расскажу… объясню, — хрипела, боясь открыть глаза.
Хватка ослабла. Жадно глотая морозный воздух, Шайла кутала шею в ворот шубки. Ансгар не ведал, что творил. Он просто не знал, как ему повезло — эти мысли гладили надежду в сердце девушки.