— Я не знаю… — опустила она голову.

Пальцы нервно комкали ткань покрывала, плечи поникли. Волосы упали на лицо, скрывая выражение. Сломалась? Или снова играет?

Я шумно выдохнул. Часы отсчитывали секунды: тик-так, тик-так. Время утекало сквозь пальцы.

— Но… — Василиса резко вскочила, и с неё слетело покрывало.

Демонстративно отвернулся. Манипуляция на манипуляции — примитивно. Она играет женской картой, будто я подвержен таким простым уловкам.

— На севере что-то есть, — начала тараторить. — Османская империя, Джунгария, Монголия — это всё его союзники и подчинённые. Но север — враг! Он хочет его уничтожить. Там что-то, чего он боится.

Слова срывались с её губ лихорадочно. В голосе — отчаяние человека, хватающегося за последнюю соломинку. Глаза расширены, дыхание частое. Она цеплялась за возможность выжить любой ценой.

Я повернул голову. Вгляделся в её лицо, игнорируя наготу. Не врёт.

Карта мира развернулась в воображении. Османская империя, Джунгария, Монголия — южные и восточные соседи. Все подчинены императору, если верить её словам. А север… Что там, на севере? Легенды говорят о суровых землях, льдах, странных магических аномалиях. Это могло быть чем угодно. Но если император боится… Значит, там действительно что-то есть. Что-то достаточно могущественное, чтобы держать в страхе мага двадцатого ранга. Союзник? Оружие? Древняя сила?

— Я клянусь кровью и родом, что больше ничего не знаю! — Василиса попыталась приблизиться.

Клятва сработала, глаза вспыхнули. Магия крови проверила её слова на истинность и подтвердила: не врёт.

— У тебя нет рода, а кровь испорчена Злом, — пожал плечами.

Слова прозвучали как приговор. Её лицо исказилось от боли — не физической, а той, что глубже. Удар по самой сути. Ей нечего предложить, кроме этого обрывка информации о севере.

— Умоляю! — упала она на колени.

Обнажённая, уязвимая, без малейших следов той гордой и опасной женщины, которой была.

— Витас! — крикнул я.

Мужик зашёл, и снова реакция на голую женщину. Тут же укрыл её покрывалом.

— Отправить в особняк и закрыть, — сказал ему.

В голове было несколько планов насчёт Василисы. Пока она полезнее живой, чем отдать её императору или убить. Возможная приманка, а может, и разменная монета, если переговоры зайдут в тупик.

Женщину увели. Пальцы одной руки стучали по кровати. Ладно, будем разбираться с этими посланниками. Встал. Чувствовал я себя… Обычная медицина не помогла.

Оглядел комнату. Скудная обстановка: кровать, стол, пара стульев, стены голые, только одно окно с видом на город. Дождь почти прекратился, лишь редкие капли стучали по стеклу.