* * *

— Это тот головорез? — мой взгляд невольно зацепился за папку на столе капитана. Дрозд вальяжно раскинулся рядом, закинув ногу на ногу, выпуская кольца дыма к потолку.

— Не думаю, — он стряхнул пепел в стакан с недопитой брагой. — Тут всё чисто сделано, будто хирург резал. Видишь? — ткнул пальцем в снимок, который достал из кармана. — Все сосуды прижжены, кто-то знатно повозился с нашим лейтенантом. А те убийства… Один резкий удар, и голова с плеч. Да и оставляли их на месте как послание. А Керасов даже не аристократ. Убрали, скорее всего, посредника, чтобы не сболтнул лишнего.

— Согласен, — кивнул я, чувствуя, как рана на животе отзывается тупой болью при каждом движении.

Я знал ответ, просто хотел что-нибудь выудить. Информация капитана оказалась полезной. Что за профессионал такой и на кого он работает? Словно мода пошла такая — людей башки лишать

— Ты как, оклемался? — Дрозд окинул меня внимательным взглядом.

— Вроде более-менее, — хрустнул я шеей, разминая затёкшие мышцы.

— Ну тогда вали отсюда! — он махнул рукой в сторону двери. — У меня работы… Вон видишь, сколько бумаг?

— Так на них стоит бутылка, и рядом стакан, — не удержался я от шпильки.

— Чтобы не разлетелись! — тут же парировал капитан с серьёзным видом. — Всё, давай двигай ножками. Там вроде тебя ждут. Какой-то мужик — Валерий, кажется. Поведение, повадки… В общем, хороший слуга. А рядом машина.

— Георгий, — поправил его, поднимаясь.

— Ну да, я так и сказал.

Я встал. Отметил про себя «любезность» капитана — меня уложили на грязный плащ, в котором он валялся в камере. Самое то для человека с открытой раной. Теперь костюм можно выбрасывать, уже и на тряпки не годится.

— Магинский! — окликнул Дрозд меня уже у двери. — Ты подумай насчёт поимки ублюдка. Я в долгу не останусь.

— Обязательно, — кивнул я, выходя в коридор.

Домой… Мне бы денёк отлежаться, зелий попить, рану залечить и каналы укрепить. Да и остальные дела… Губы сами растянулись в улыбке.

У кабинета капитана дежурили двое жандармов. Молодые ребята проводили меня до выхода, нервно держа руки возле кобуры. На моё замечание, что сам найду дорогу, только сильнее напряглись.

— Капитан приказал, чтобы вы вышли отсюда живым и здоровым, — пояснил один, оглядываясь по сторонам.

Дрозд… Вот хитрый лис!

На улице уже стемнело. Быстро день пролетел. Я заметил, что на запястьях остались красные следы от наручников. Потянулся, морщась от боли, и начал спускаться по ступеням.

У входа: машина Магинских, Боря с неизменной сигаретой и Жора, застывший, как статуя. В тусклом свете фонарей его лицо казалось восковой маской.