— Нужно избавиться… — начал Запашный.
— Я поэтому и пришёл, — слуга поклонился, пряча хищную улыбку. — Керасова нашли без головы.
— Кто⁈
— Информации нет, — дёрнулся уголок бледных губ. — Видимо, тот, кто убивает аристократов. Лейтенант его искал. Значит, подобрался слишком близко.
— На нас ничего не укажет. Найди ублюдка, который шумиху поднял, — приказал ставленник императора.
— Наши люди уже занимаются.
— Свяжись по артефакту с нашим человеком у Магинских, — Запашный рухнул в кресло. — Пусть решает вопрос с Павлом. Интуиция кричит, что нужно действовать. Чем дольше живёт сопляк, тем больше проблем.
— Что ей сказать? — в голосе слуги прозвучало предвкушение.
— Пусть прикончит его сегодня. Ты передал мой подарок? Те шарики? — ставленник поморщился. — Хорошая вещь, в столице отдал за них сто тысяч.
— Как прикажете, — поклонился Сергей. — Ей оставаться или уходить?
— Это у неё спроси. Закончила с Ярославом или нет? — усмехнулся Запашный. — Не думал, что у баб с этим проблемы бывают.
Лысый бесшумно выскользнул из кабинета. Елизавета… Ещё одна удачная инвестиция Семёна Владимировича. Взял её семнадцатилетней — умную, сообразительную, удивительно живучую. После плена у джунгар, где бедняжку насиловали, девчонка сбежала и вырезала десять человек.
Запашный дал ей дом, обучил. Очередная преданная игрушка в коллекции ставленника императора. Больше десяти лет она внедрена к Магинским. Всё, что нужно, выведала у Ярослава…
В тёмном коридоре Сергей достал из кармана небольшую кость. Оглядываясь по сторонам, погладил её и убрал обратно.
* * *
Глава 10
Бой завязался внезапно. И я, и Елизавета начали действовать одновременно, словно почувствовали друг друга. Среагировал бы быстрее, если бы не проклятое женское тело перед глазами. Драгоценные мгновения потерялись, пока мозг обрабатывал картинку с изгибами и тенями.
В воздухе блеснули стальные шарики, а им навстречу полетели мои иглы. Я рванул вправо, но недостаточно быстро. Металлический снаряд вырвал кусок мяса из руки вместе с тканью пиджака. Боль прошила тело, сменившись адским жаром, а следом накатил арктический холод. Конечность безвольно повисла.
Организм тут же вступил в схватку с незнакомым ядом. Второй шарик просвистел над головой, впечатавшись в стену. Первый, который меня ранил, растворился на полу, не оставив ни следа. «Отличное оружие, — мелькнула профессиональная зависть. — Ни улик, ни свидетельств — только труп в клочья».
Придерживая раненую руку, я приблизился к застывшей Елизавете. Её грудь часто вздымалась, на точёном лице застыла маска ярости. Я обошёл сзади, невольно залюбовавшись линией спины и того, что ниже. Опустился на кровать.