— Что планировала?

— Забеременеть от Магинского, убить его. Тебя тоже убрать и родить единственного наследника. До его дочурки бы добрались, и я стала бы полноправной хозяйкой, — слова вырывались против её воли. Глаза расширились от ужаса.

— Ты чья-то кукла, какая из тебя хозяйка? — усмехнулся, разглядывая её реакцию. — Приказали раздвинуть ноги, и вот ты говоришь: «Спасибо, что мне сделать ещё?»

— Плевать! — щёки девушки вспыхнули. — Я вообще-то люблю Ярослава. Дура! Втрескалась, как последняя идиотка.

— Эвона как… — окинул её внимательным взглядом. — Вот это я понимаю, работа всей душой и телом. Но всё равно это ничего не меняет.

— Ты меня не убьёшь! — в глазах Елизаветы заблестели слёзы, голос дрогнул. — Не после того, как я наконец могу стать матерью.

— Я бы на твоём месте не был так уверен, — пожал плечами, перекатывая иглы между пальцами. — Деда травила?

— Да!

— Почему так долго и медленно?

— Ребёнок… Я должна была забеременеть, — её руки невольно потянулись к животу.

— Тот случай, когда он почти умер — твоих рук дело?

— Моих.

— Меня отравить тоже ты пыталась?

— Я!

Задумался, избегая смотреть на её тело. Грешил на служанок, а перевёртыши, получается, ни при чём? Маргарита не врала? Что-то я совсем запутался. Зачем они были в особняке, приняв облик слуг?

— Отца? — решил проверить последнее.

— Да! Его первого, — слова полились потоком. — Потом Ярослав совсем сдал, искал утешения. Сначала болезнь, и вот я уже смогла соблазнить. Ну как… На это потребовалось почти четыре года. Очень сильный мужчина. Настоящий…

Тайна гибели отца и болезни деда раскрыта. Я сидел, уставившись в пол. Стоит поднять взгляд на обнаженное тело Елизаветы, и все мысли вылетают из головы.

Что делать? Оставлять нельзя. На кого работает? Выбор невелик — либо Запашный, либо Зубаровы. Именно они получили выгоду от ударов по Магинским. Но зачем такие сложные комбинации?

— Что ты ещё делала в особняке? — спросил, разглядывая свои туфли.

— Узнала всё про рудник и передала информацию.

— А что с ним? — крайне заинтересовался я.

Дверь распахнулась без стука. На пороге замер дед. Его взгляд заметался между окровавленной обнажённой Елизаветой и мной. Вены вздулись на висках старика, кулаки сжались так, что захрустели костяшки. Лицо вытянулось, рот приоткрылся в немом вопросе.

— Отвечай! Что ты тут делаешь? — его голос разразился, как гром. — Почему Лиза в крови?

Магинский шагнул в комнату, прикрыв за собой дверь. Каждое движение деда излучало едва сдерживаемую ярость.

— Я дал тебе полную свободу, но это уже переходит все границы! — рявкнул он.