В пустой квартире с одним-единственным матрасом на полу, прямо в центре комнаты лежали три ящика с артефактами. А также закрытый ящик-кейс с концентратом дикого.

Его я распотрошил. Сгрёб все склянки и спрятал себе в куртку, чтобы передать Ане и в идеале, проконтролировать, как она будет их поглощать, чтобы направить энергию в нужные места, в её сердце. Всё же идея — сделать из неё сильнейшую, у меня не пропадала. Просто река бурных событий не давала мне времени на это.

А вот затем наступила очередь артефактов.

Я выгреб всё, оставляя после себя лишь пустые ящики. Соорудил из артефактов самую настоящую блестящую горку, достал артефакт-полумесяц и принялся соображать, что делать дальше. Сумкин появился в нужный момент со своим голосом в моей голове и немного помог.

Мне нужно просто держать одной рукой полумесяц, а другой сжимать второй артефакт, направляя его энергию через себя в первородный инструмент. Собственно говоря, что я и начал делать.

Первый артефакт без каких-либо проблем открылся мне. Позволил струиться мане по моим венам и уходить в новый сосуд. Как второй и третий, но именно на четвёртом начали происходить странности. Меня посетило чувство, словно меня что-то обжигает. И это чувство было волнующим. Непривычным и весьма болезненным.

Но ещё с десяток артефактов я перетерпел, когда на следующем полумесяц в моей ладони раскалился. И очень больно обжёг мою ладонь.

Но с моей регенерацией это не могло меня испугать, меня испугало другое.

Странное чувство лёгкости, которое тут же посетило меня. И что было действительно нереальным во всех пониманиях, это когда я встал со своего места и оглянулся. Посмотрел на своё тело, которое машинально, сугубо автоматически продолжает делать это.

— Кхм, — закашлялся кто-то за спиной и следом положил мне руку на плечо. — Ярослав, ты бы это, особо не дёргался.

Я повернулся, чтобы посмотреть на оскал Сумкина.

— Какого чёрта⁈

— Откуда я знаю. Но спасибо, так действительно интереснее, — искренне улыбнулся он. — Вроде я не так давно в твоей голове, но чувство лёгкости, которое ты мне подарил — весьма приятное. Как будто я сто лет в сундуке сидел.

Он резко и быстро вонзил руку в мою грудь, но нащупал пустоту. Я не почувствовал ничего, лишь вопросительно уставился на его жест.

— Забавно, — пробормотал он, и по его лицу было видно, что он искренне расстроился. — Значит, мне действительно нет пути обратно.

— И не будет, — зазвучал новый голос, и прямо на глазах у Сумкина, откуда-то из стены вышла женщина в сияющем красном костюме, скрывающем всё, кроме рук и лица.