— В руках Республики, с беглецами и трусами, предавшими нас, оказались трое небесных детей. Один из них — здоровенный самец, одна могучая и мощная ведьма, способная словом дурманить разум и делать тело прочным, как камень. О третьей мы ещё знаем очень мало, но именно её ядовитые слова стали причиной, по которой разбили один из отрядов Добрыни. Их появление стало неожиданностью, а действия с нашими врагами вызвали в совете серьезные споры. Сейчас к нам за помощью приходят со всех уголков джунглей десятки новых вождей, узнав, что есть и другие «рухнувшие с небес», старики пытаются понять, почему они служат нашему врагу. К твоему отцу всё больше вопросов: Агтулх Кацепт Каутль, и я не верю, что он твой отец, как и не верю что вы боги, сейчас просто так надо. Это положение… одно твоё появление слишком удобно, чтобы разрушить этот миф.

Вот это новости. Когда эти Кетти стали настолько умными или же они всегда были такими и лишь притворялись? Совет, помимо Олай, там есть много очень хитрых и мерзких существ.

— Мы просто хотим мира, — сказал за всех я. — Сдаться республике — ровно что самому себя в цепи заковать. С империей может произойти то же самое, поэтому сейчас я сделаю всё, чтобы мы смогли обзавестись не только оружием, но и союзником, способным одним своим вмешательством завершить войну на полуострове.

Кошка пристально глядела мне в глаза. Будто пытаясь понять, вру я или нет:

— Совету известно, что старик просил порох и оружие.

— И с этим я попросил ещё мастеров, технологии, а также налаживание торговли. Продавая лес, мех, птицу и мясо, мы получим деньги, золото, серебро, одним словом — монеты. А за монеты мы, как Федерация, сможем купить не только порох с оружием, но и живых людей, тех, кто придёт сюда воевать за наши деньги, за эти самые монеты, которые многие ценят выше собственных жизней. Понимаете, к чему я клоню? Когда торговля наладится, меньше наших с вами соплеменниц будет гибнуть на этой войне. С деньгами мы станем сильнее, в то время как враг с каждым новым днём и месяцем продолжит слабеть.

Моя пылкая речь, произнесённая с позиции учителя, объясняющего непутёвому ученику истину, произвела впечатление как на гостью, так и на стражу.

— Жизнь за какие-то монеты? Вздор. Что может быть ценнее жизни? — очухалась стражница.

— На монеты можно купить заморского самца, — говорю я.

— А ну так бы сразу и сказал! Тогда да, тогда монеты — это штука прям ух!.. — тут же дала заднюю стражница.

Некоторое время наша загадочная гостья, под спор моей охраны, размечтавшейся о том, что могли бы и за сколько продать Имперцам, тупо пялилась на меня. Я потихоньку вспоминал, пару раз видел её рядом со старейшинами, точно видел на раздаче еды. Только таких вот, с виду неприметных личностей, в разрастающейся Федерации будет несколько тысяч. И каждая может быть в чём-то важной, от чего-то прячущейся или за чем-то тайно для семьи присматривающей. Маяро — этакая тайная полиция или инспекция, следящая за действиями старика и, возможно, за мной лично. От её выводов, той информации, что она донесёт Олай и совету Федерации, зависело многое, в том числе и отношение местных к нашему Главнокомандующему. Сейчас, за исключением нескольких отдельных групп и племён, Добрыня контролировал всю нашу армию, и, разумеется, «Большие мамочки» хотели знать, куда и против кого её собираются использовать.