мной предательски хрустнула, и я полетела вниз! Земля приближалась стремительно и не обещала мягких объятий. Я зажмурилась, готовясь к жесткому приземлению, но вместо этого… меня поймали. Сильные руки перехватили за талию, развернули, прижали – и я обнаружила себя нос к носу с профессором Эйданом. Он стоял, чуть покачиваясь, и смотрел на меня сверху вниз. Я чувствовала его дыхание на своей щеке. Чувствовала жар его тела сквозь ткань. Чувствовала, как под моими ладонями – которые каким-то чудом оказались у него на груди – тяжело и часто бьется сердце. – Осторожнее, – выдохнул он, и голос звучал глухо, с какой-то очень будоражившей хрипотцой. Я попыталась что-то сказать, но язык присох к нёбу. Он держал меня крепко, очень крепко, и, кажется, не собирался отпускать. Я нервно сглотнула. Кайшер медленно, будто нехотя, разжал руки, позволяя мне соскользнуть вдоль его тела. Это длилось всего секунду, но я почувствовала… все. Каждый мускул, каждый рельеф… И отскочила на шаг, красная, как то самое яблоко, которое только что уронила. – Я… спасибо, – выдавила, глядя на очень выразительную пуговицу на деканской груди. – Вы меня поймали. Да, ни на что большее, чем констатирование факта, меня сейчас не хватало. И осознавать случившееся как-то иначе, чем по фактам, я не планировала! Хотя бы потому, что где-то в мозгу носилась маленькая копия Финика с совершенно идентичными паническими настроениями. – Не мог же я дать вам разбиться. – Он говорил ровно, но дыхание сбилось, и глаза… глаза смотрели совсем не по-профессорски. – Было бы обидно потерять такую талантливую аспирантку в первый же месяц. Я же не Корвис, в конце концов. Я судорожно кивнула, пытаясь придумать, как отсюда сбежать. Он наклонился, поднял из травы мое яблоко и протянул мне. – Ваше, кажется. – Спасибо. – Я взяла, с досадой отметив, что пальцы чуть заметно подрагивают. – Не за что, Айлин. Он улыбнулся той самой легкой, чуть насмешливой улыбкой, кивнул и пошел дальше по дорожке, засунув руки в карманы. А я осталась стоять посреди сада, прижимая к груди лопнувшее яблоко, и пыталась вспомнить, как дышать. В кустах за моей спиной кто-то тихо, но совершенно по-хамски хихикнул. Я резко обернулась. Никого не было видно, лишь только легкое облачко тумана таяло в ветвях. – Пусинда, – прошипела я в пустоту. – Я тебя вижу… И всякому любопытству должны быть границы! Туман дернулся и принял очертания женской фигуры. Не полностью, так, силуэт. – Какая грозная девочка! – Какая длинноносая ухмара! И нос этот вечно где-то