и в своей комнате. И там как раз мой прекрасный шуршик воодушевленно копался в шкатулке с амулетами и уже нацепил на себя красивый кулончик с аметистом. – Финик! – рявкнула я, позабыв про свои переживания. Спящая на своем насесте Хильда встрепенулась и недоуменно заморгала, но оценила обстановку и вновь сделала вид, что спит. – Что? – невинно спросил шуршик, оглядываясь на меня с таким видом, будто он ничего особенного не делает. – Положи обратно! – Да я же просто себя украсить! – Он прижал кулон к груди обеими лапками, и его огромные глаза сделались еще больше. – Посмотреть, каким я буду красивым с этим камушком на шее. Бедному Финику совсем нечем себя облагородить, бедного Финика не украшает госпожа… – Бедному Финику, возможно, будет очень к лицу свобода, – серьезно сказала я, приближаясь к трюмо и снимая с нечисти сначала подвеску, а после и два кольца, уже нанизанных на хвост. – Свобода?! – Он ужаснулся так, словно я верную смертушку предложила. – Но, хозяюшка… Сложив все потыренное обратно, я со стуком захлопнула крышку и строго спросила: – Где ключ? Шуршик вздохнул и горестно поник ушами. Если верить этой актерской морде, то нет в мире более несчастной и притесняемой животины, чем он! А после, пригладив шерстку, нырнул в кожаную складку на брюшке и достал оттуда резной и тоже артефактный ключик. Его не мог взять никто чужой, но нечисть-то была своей! Быстро заперев артефакты, я убрала ключ и, схватив поганца за ухо, от души его выкрутила: – Ой… ой-ой-ой! Больно-больно-больно! – Больно бы тебе, бестолочи, было, если бы ты что-то из этого активировал! – ласково проговорила я, наклоняясь так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. – Финик, сколько раз мы об этом говорили? – Но я же не драгоценности… – Лучше бы их, они хотя бы тебе лапы не оторвут по самые уши! – Я вздохнула, чувствуя, как злость постепенно уходит, сменяясь привычной усталостью. – Хотя про ювелирку мы с тобой тоже говорили! Если ты хочешь, чтобы мы жили вместе, то не должен воровать вещи у других и без спроса брать мои артефакты. Мы смирились с тем, что ты уворовал часть маминой коллекции, хотя мне стоило сил договориться с ней и оставить тебя дома. Мы с трудом смогли замять историю, когда ты стащил теткин браслет. – Но ее муж… – То, что дядю Тео твои наклонности забавляют и ты кажешься милым, не повод, чтобы постоянно обносить его карманы. Или кого-либо из родни! Финик, я серьезно. – Ладно… прости. – Он горестно шмыгнул носом. – Я пытаюсь удержаться, просто не всегда получается. По