Чудовище, словно услышав наш разговор о своём уязвимом месте, издало ещё один рёв и двинулось вперёд. Его движения были плавными, гипнотизирующими, как у огромной змеи.

— План простой, — заговорил я, не сводя глаз с приближающегося монстра. — Я отвлекаю внимание на себя. Лок бьёт огнём по глазам, Альбина стреляет? — Посмотрел на автомат. Девушка кивнула. Заработал? Отлично! — Торс и Ульрих бьют по задним лапам, попытаются его опрокинуть. Как только тварь упадёт — все вместе атакуем кристалл.

— Хороший план, — кивнул Ульрих.

— У меня все планы хорошие, — хмыкнул я. — Только вы обычно всё портите.

Ксеномутант внезапно остановился. Его шесть глаз прищурились, разглядывая нас. В них читался не животный инстинкт, а почти человеческий интеллект. Тварь оценивала противников, выбирала тактику.

— Странно, — пробормотал я. — Обычно они тупые как пробки.

— А этот? — спросил Лок.

— А этот думает, — нахмурился я. — И это нихрена не радует.

Тварь снова раскрыла пасть, но на этот раз вместо рёва из неё вырвалась струя густой синей жидкости. Жидкость летела прямо в нас.

— В стороны! — крикнул я, прыгая вправо.

Все разбежались кто куда. Синяя жидкость ударила в землю, где мы только что стояли. Камни зашипели, покрылись инеем. Жидкость была не просто ядовитой — она несла в себе магию льда, замораживая всё, к чему прикасалась.

— Начинаем! — крикнул я, выбегая вперёд, прямо под нос чудовищу. — Эй, ящерица-переросток! Сюда смотри!

Все шесть глаз уставились на меня. Я почувствовал, как волна чужой ненависти обрушилась на мой разум. Тварь излучала ярость и голод, как печка — тепло.

Эфир собрался в моих руках, формируя два длинных клинка. Серебристое сияние привлекло внимание монстра ещё сильнее. Он наклонил голову, разглядывая меня с явным интересом.

— Давай, урод, — прошептал я. — Иди к папочке.

Монстр атаковал. Не с рёвом, не с разбега — а молниеносным выпадом средней пары лап. Когти просвистели в миллиметре от моей головы, когда я нырнул под брюхо твари.

Эфирные клинки рассекли воздух, ударили по чешуе. Сопротивление было серьёзным. Лезвия лишь поверхностно оцарапали природную броню.

— Крепкий, сука, — процедил я, уворачиваясь от удара хвостом.

Лок не подвёл. Огненный шар размером с человеческую голову врезался прямо в морду ксеномутанта. Пламя растеклось по чешуе, проникая в щели между пластинами. Тварь взревела от боли, мотая головой.

Альбина открыла огонь. Автомат в её руках ожил, изрыгая пули, усиленные магией земли. Каждый выстрел сопровождался вспышкой зелёной энергии. Пули попадали точно в цель — суставы конечностей монстра, где чешуя была тоньше.