Канавар бережно спрятал камень в карман куртки. Его лицо разгладилось, а на губах появилась улыбка облегчения.
— Спасибо, — произнёс он. — Правда, спасибо.
Прислушался к своим ощущениям. Что-то было не так. Слишком тихо. Лок и Торс должны были уже вернуться за новой партией. Но вместо них — тишина.
— Где братья? — спросил я, напрягаясь.
Канавар пожал плечами:
— Может, загружают машину?
Я двинулся к выходу, но Канавар неожиданно схватил меня за рукав:
— Подожди! Тут ещё есть кое-что ценное. Мне нужна твоя помощь, чтобы достать.
— Потом, — отмахнулся я, высвобождая руку. — Сначала проверю, что там.
Вышел в коридор, оглядываясь. Пусто. Поднялся по лестнице в главный холл. Никого. Выглянул в окно — машина стояла нетронутой, но братьев нигде не было видно.
— Лок? Торс? — позвал я, напрягая эфир, чтобы почувствовать их присутствие. Ничего.
За моей спиной раздались шаги — лёгкие, почти бесшумные. Развернулся — Канавар стоял в нескольких метрах, нервно теребя край куртки.
— Что происходит? — спросил я, делая шаг к нему.
— Ничего, — он улыбнулся, но улыбка вышла кривой. — Я не знаю, где твои друзья.
Напряжение в воздухе стало ощутимым. Я чувствовал, как эфир сгущается вокруг, реагируя на опасность.
И тут в пустоте гостиной появилась фигура, окутанная красным плащом. Она словно соткалась из воздуха. Красный Балахон…
— Спасибо, что привёл его, можешь идти мальчик, — произнёс он, смотря на Канавара и повернулся ко мне. — Давно не виделись, последний страж.
Глава 9
От его голоса стало мерзко. Холодный, с металлическим призвуком, словно кто-то проводил ножом по стеклу. Не человеческий, но и не звериный. Чужой. Как звук разбивающегося стекла, усиленный в тысячу раз, но приглушённый до шёпота.
Канавар не двигался. Его рыжие волосы, обычно торчащие во все стороны, словно прилипли к черепу от выступившего пота. В глазах плескался животный страх. Зрачки расширились, дыхание стало поверхностным и частым. Похоже на паническую атаку.
— Эй, — окликнул я его. — Ты решил меня подставить? Зря…
Солнцев открыл рот, но не издал ни звука. Его взгляд был прикован к фигуре в красном.
— Я же сказал — иди, — повторил Балахон, и в его голосе появились свистящие нотки.
Канавар вздрогнул, поморщился, словно от боли, и пулей вылетел из комнаты.
Эфир внутри меня взволнованно всколыхнулся. В особняке Солнцевых, у забора их территории — мы встречались, и тогда он едва не прикончил меня.
Я ещё тогда был слаб, а сейчас, после карателей, мои силы на таком минимуме, что даже Амика, кажется, сильнее меня.
Воздух в комнате стал густым и затхлым, несмотря на открытые окна и простор помещения. Словно сама реальность отторгала присутствие этого существа.