Вообще, как я успел заметить, за Араэле такое водилось — полное презрение к опасности, если ей ничего не угрожает напрямую здесь и сейчас. Вот когда угрожало — тогда она и начинала бояться, а когда всё ещё тихо-мирно, то ей было, откровенно говоря, наплевать…

Пока мы ходили к дирижаблю, пока выпускали братьев с лопатами наперевес, пока готовились идти в тёмные проходы под горой — подошло и время обеда. Так что сначала мы сытно и с аппетитом перекусили, а потом, изрядно вооружившись, отправились в путь.

Проход за дверью был довольно широкий — а ещё прямой, как стрела. Он был проделан параллельно древнему устройству, уходящему вглубь горы, и шёл строго слева от него. И по левой же стороне располагались некие помещения — которые я сходу определил, как «служебные». В принципе, таковыми они, скорее всего, и являлись. В каждом помещении имелась мебель и какие-то устройства — видимо, времён первой терранской цивилизации. Устройства, само собой, давно не работали, а большинство так и вообще были безнадёжно поломаны. Видимо, какие-то их части были сделаны из материалов, которые не пощадило время. Да и мебель давно бы превратилась в кучки трухи и пыли, если бы не была большей частью сделана из камня.

И вот именно тут у Араэле случилось настоящее счастье: логосы были вообще везде. На полу, на стенах, на устройствах, на предметах мебели. Особенно ей понравились стулья, лавки и столы в большом помещении, которое смутно напоминало столовую.

— Фант, это наша с тобой удача! — сказала она, когда я подошёл на её зов. — Нетронутая каменная мебель первой терранской!.. Смотри…

— И что в ней такого? — скрывая улыбку, поинтересовался я.

Больше всего меня повеселило, что именно такую мебель я видел в некоторых высоких кабинетах во время своего пребывания на Большой Скале. Совершенно простая, без каких-либо украшений…

— Что в ней такого? — подняв бровь, переспросила Араэле. — А ну-ка сядь на скамейку!

— Не буду — она холодная! — отказался я, потому что в помещениях под скалой и вправду было весьма прохладно.

— Сядь! — настаивала девушка, и я решил больше не изображать из себя кисейную барышню.

Как и ожидалось, каменная скамейка была холодной, и сидеть на ней было неуютно. И всё ровно до того момента, как Араэле не склонилась над скамьёй: камень немедленно нагрелся до комфортной температуры тела — равно, как и воздух над ним.

— Это как это? — не понял я, с интересом оглядывая своё подогретое седалище.

— А вот так!.. — улыбнулась девушка с победным видом. — Цепочки логосов позволяют в течение суток использовать скрытые возможности мебели за одну или максимум две единицы пневмы. Ставишь такую лавочку во дворе зимой с подогревом, и можешь по поводу холодов не переживать. В жару, наоборот, можно над ней вентилировать воздух. На Большой Скале одна такая лавочка уйдёт, как минимум, за три-четыре тысячи единиц! Я уж молчу, что логосы, изображённые на них, очень ценятся Академией Наук!..