— Меня зовут Фант Керито-о-Перконе, — ответил я, доставая папир и протягивая охраннику. — И как вы, вероятно, заметили в предыдущем документе, я назначен капитаном на этот транспортник.

— А! Ну так бы сразу и сказал… Так бы сразу и сказали, кэп! — исправил оплошность охранник, после чего ухмыльнулся и устремил свою руку к трапу. — Добро пожаловать на «Баун», кэп! Не споткнитесь — у нас там доски расходятся…

Голос у него, надо сказать, несмотря на ухмылку, был несколько скучающим и грустным. Видимо, не в первый раз за год он такое говорил очередному выпускнику флотского училища…

— А чего не поправили? — задал я вполне обоснованный вопрос.

— Да мы привыкли. Не спотыкаемся! — ответил охранник, возвращаясь к созерцанию окружающего бренного мира.

Видимо, весь смысл ответа заключался в том, что раз они привыкли, то и я обязательно привыкну. И я не стал расстраивать штурмовика тем, что это не совсем так — я и не собираюсь привыкать. Однако трап, если честно, был последним, о чём я сейчас беспокоился…

— Где у вас тут логос-отсек? — поинтересовался я.

— Где и у всех, кэп, — пожал плечами штурмовик.

— Много видел дирижаблей изнутри? — слегка сузив глаза, поинтересовался я.

— Один, кэп, — ответил охранник. — Этот…

— Тогда, скажи на милость, какого буя ты мне сейчас ответил «где и у всех»?! — задал я резонный вопрос.

— Ну, так механик говорит… — смутился штурмовик.

— Ты здесь на механика не вали! Он за свои слова отвечает, а ты — за свои! — отрубил я. — Что, под конец службы захотелось получить в личном деле новые отметки?

— Никак нет, кэп! — сразу собрался штурмовик.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Тунцо, кэп! — не слишком охотно ответил он.

— Ну вот что, Тунцо… — я помолчал секунду, давая несчастному ощутить всю тяжесть своего положения. — Провинился ты, конечно. Но в качестве наказания, как сменишься, возьми инструмент и подбей трап. А то у нас тут сразу шесть пассажиров намечается, и если они себе ноги прямо на входе переломают, всем будет плохо!..

— Есть, кэп! — хмуро ответил Тунцо.

Ох, как ему не нравилось, что им командует какой-то сопляк… А то, что именно сопляком он меня считал, я и не сомневался. Но армия и флот строятся на подчинении начальству. Везде и всегда — только так и может жить профессиональная армия. И приходится в ней иногда подчиняться соплякам. В общем, он знал, на что шёл.

— Так где, ты говоришь, здесь логос-отсек?

На этот раз я получил подробное описание маршрута и, переступив через расходящиеся доски трапа, вошёл на дирижабль, в котором мне предстояло пробыть капитаном два месяца. И я собирался быть очень недовольным капитаном… Лучшим капитаном!.. А для этого срочно требовалось привести эту помесь китайского летающего фонарика с половой тряпкой в порядок.