Щит горбатого выдержал почти минуту. А потом он исчез, и все логосы защитников устремились в разношёрстную толпу уродливых тварей. Впрочем, они тоже не остались в долгу и ответили людям. Лёд и каменные глыбы, редкие росчерки огненных стрелок — и в результате пыль и пар начали затягивать площадь…

Именно в этот момент я влил в камень пневму — а потом приподнялся, размахнулся и метнул. Бросил не слишком удачно: камень попал в голову твари, стоявшей в пяти метрах от горбатого. Впрочем, тварь на него даже внимания не обратила — её шлем всё отразил. Главное, чтобы хватило пяти метров… Тонкий красный луч, устремившийся в небо, сразу никто не заметил. И только когда сверху, в точку прямо рядом с алой полоской, прилетел ком спрессованного воздуха — только тогда горбатый оглянулся.

Того, что он сделал после этого, я, честно говоря, никак не ожидал… Вместо того, чтобы выставить свой щит над головой или попытаться сместиться в сторону, Горбатый на всех парах рванул прочь. И никого из тварей это ни разу не смутило — они продолжали самозабвенно воевать с защитниками. А мне пришлось вставать и бежать следом по стене, надеясь, что никто сейчас не обратит на меня внимания и не снимет точным выстрелом.

За спиной с рёвом и грохотом обрушивались снаряды с дирижабля, выкашивая как защитников, так и неприятелей. Накрывали они даже здание с точкой возрождения. Но я не сильно переживал за оставшихся на площади — ведь умереть такой смертью хоть и было мучительно больно, зато ещё можно было возродиться. А вот убегающий горбатый меня беспокоил. Эту тварь надо было остановить…

Вождь всех тварей — или кем он там был? — остановился только тогда, когда гарантированно покинул зону артобстрела. Я в этот момент почти догнал его по стене, перепрыгивая через проходы ответвлений. И когда горбатый принялся оборачиваться, то мне пришлось, мысленно чертыхаясь, падать на пузо.

— Ты сказал, что в здании нет камней, подающих сигналы, Уррганг! — возмущённо сказал он куда-то вниз и зажёг маленький светлый шарик.

И лишь при свете я обнаружил, что горбатый сбежал с площади не один. С ним рядом стояла низенькая толстенькая тварь.

— Их и не было, о вождь вождей! Я бы почувствовал! — возмутился тот самый Уррганг.

— Тогда откуда он взялся?! — взревел вождь и осёкся. — Постой-ка… Я знаю, откуда!

Он сощурил и без того глубоко посаженные глаза и принялся вертеть головой из стороны в сторону. А я понял, что если бить, то бить сейчас, потому что с логикой у страхолюдного мерзавца всё было отлично…

— Я не виноват, о вождь вождей? — с надеждой спросил Уррганг.