— Сколько вы хотите за работу?
— Три единицы в день!..
— Вы уверены?
— Я… Да! Конечно! С вашими условиями дешевле нельзя!
— Всего хорошего!
Хорошо ещё, что мы начали с поиска матроса-боцмана — и из десятка кандидатов всё-таки сумели его выбрать. Подошёл нам крепыш средних лет по имени Луп. А, возможно, и не имени, потому что где только Луп не служил — может быть, и имя несколько раз менял, и документы. Тем не менее, человеком он был весьма рассудительным, хоть и резковатым в общении. И мотивы его были весьма прозрачны:
— Понимаете, кэп, надоело… Мотаешься всю жизнь, своего угла нет — и думаешь: а чё облако кочевое, ять, ты в старости делать будешь? Ещё ладно бы на хороших кораблях летал, так ведь всякие случались… А вы должность хорошую предлагаете, да и оплата тоже хорошая… Опасно? Так-то да, конечно… Но сгинуть можно и на простом «торговце». Я не боюсь сгинуть, я боюсь милостыню на старости лет просить…
С Лупом дело пошло ещё быстрее. Стоило ему присоединиться к нашей компании, как под давлением его репутации будущие матросы быстро вспомнили о совести. Ну а кто не успел вспомнить до того, как шёл с нами общаться, тому Луп помогал прямо в процессе.
— Сколько вы хотите за работу?
— С учётом опасности…
— Хорошо подумай, морда наглая! Хорошо!
— Пожалуй…
— Ты не подумал! А надо подумать!
— Полторы единицы в день!
— Молодец! Но подумал всё равно плохо…
И, несмотря на все сложности — а их было много, ведь мы не были обычным торговым кораблём — команда набиралась. И пусть одни кандидаты сбегали, едва узнав, что нанимаются в экспедицию, другие — после упоминания поверхности и археологии, третьи — в целом, от всех опасностей, а четвёртые — ну, причин, чтобы сбежать, вообще было много… Однако находились и те, кого всё это не пугало. Тем более, мы и не собирались таскать с собой на поверхность матросов. Если они, конечно, сами такого желания не изъявят — да и то за отдельную плату.
Одни матросы были опытными эфирными странниками, а другие готовы были рискнуть на самом взлёте карьеры. Но так уж получалось, что все они были решительными людьми, готовыми сражаться и убивать, а ещё готовыми рисковать и подчиняться. Тех, кто не готов был подчиняться — сразу отсеивали Танг и Луп. Ближе к ночи на противоположной стороне зала у нас появились конкуренты, которые охотно забирали тех матросов, кто никак не подходил нам. Так что в кабаке в этот знаменательный день, можно сказать, был аншлаг. Из гостиного дома повылезали все, кто там проживал и искал, куда бы приткнуться.
Обнаружился, в конце концов, и нужный нам артиллерист. Причём сначала-то он пошёл к нашему конкуренту — торговцу, пополнявшему команду. Но тому не подошёл — и сунулся к нам. Надо сказать, что я не сразу понял, почему он не подошёл там…