- Чего?!
Смотрю ему прямо в глаза и с удовольствием медленно протягиваю:
- Собственной могилы.
Юрасик перестает дышать. Весь ужас застывает на роже.
- Пожалуйста, не надо…
- Вставай.
Шторм за воротник ставит на ноги и торжественно вручает лопату.
- Насколько удобно ты будешь лежать, зависит только от тебя. Так что постарайся.
Дрожа всем телом, Юрасик все же принимается за физическую работу. Через силу. Поскуливая и задыхаясь.
Дождь хлещет по нему ледяными струями, грязь липнет к ботинкам, руки дрожат так, что лопата ходит ходуном.
И почему-то мне все равно мало.
Перед глазами снова Майя, и я вспоминаю один незначительный момент.
- Стоп, так не пойдет. Куртку снимай.
Он поднимает на меня мутный взгляд. Сопротивляется чисто для галочки, чтобы не упасть в собственных глазах:
- Зачем?
- Чтобы на своей шкуре ощутил, каково было твоей жене бегать почти голой под дождем посреди ночи с ребёнком на руках, - сплевываю ему под ноги. Пришибить бы его на месте, но это будет слишком легкая смерть.
- Каин, может, договоримся? Я….отработаю…
- Как? - ржет конем Шторм. - У тебя, как у латыша: хрен да душа. А натурой…Извини, мы по девочкам.
Юрасик все же стягивает куртку, пиджак летит следом. И под проливным дождем бросает сырую тяжелую землю.
Минут через сорок он едва держится на ногах. Лопата валится из рук, дыхание рваное, губы синие.
Слабак.
- Достаточно. Шторм, поехали домой. Жрать охота.
- Лопату отдай, - тот выхватывает инструмент из рук. - Хорошая. Финская. Таких сейчас не возят.
- Каин…, - хрипит этот кусок дерьма. - А я?
- А ты…Ещё раз появишься рядом с Майей и ее дочерью, поверь, сегодняшний вечер покажется прогулкой по раю. Все слухи, что ходят про меня, - все врут. Я ещё хуже. И да - исчезни из моего города. Даю тебе на это три часа. Надеюсь, урок ты усвоил.
- А как же.…как я доберусь до города? А вещи?
- Твоя жена от такого урода почти босая убегала под дождем. С неё пример бери. «Одиннадцатый» маршрут тебе в помощь.
Больше не сказав и слова, разворачиваемся и идем на выход из леса. За спиной слышатся мат и барахтанье этого ничтожества.
- Каин, теперь ты отпустишь девчонок? - спустя какое-то время летит неожиданный вопрос.
Отворачиваюсь к окну, рассматривая унылый грязный пейзаж.
Надо бы. Я их проблему решил, больше ни Юрасик, ни Медведь их не побеспокоят.
Но мысль о том, что я их больше не увижу, занозой застревает в груди…
Глава 10
Майя
Яся вырубается раньше обычного почти на час. Чувствую, что завтра меня ждет «веселое» утро. Дай Бог проспать хотя бы до семи утра.