Убираю за собой, накрываю Психа пледом и отпускаю мужчин по домам. Наконец добираюсь до кухни и только тогда понимаю, как сильно такие простые манипуляции вымотали.
Завариваю чай с травами. Осторожно пью горячий напиток маленькими глотками, бездумно глядя в окно на красиво подсвеченный задний двор.
Профдеформация не позволяет мне уйти в свою комнату спать. Поэтому я подхожу к Каину, касаюсь ладонью его лба. Слава Богу, температуры нет.
Сажусь в кресло и скручиваюсь в нем в позу эмбриона, отрубаясь на несколько часов.
Когда вновь «воскресаю» под звонок будильника, первым делом снимаю капельницу и тянусь проверить Каина.
Но стоит мне наклониться, как он резко распахивает глаза, перехватывает мою ладонь и дергает на себя. Падаю сверху, но вовремя успеваю выставить руку и удерживаю вес на локте.
- Ты чего? - выдыхаю ему почти в губы. .
Мой пациент проезжается по мне штормовым взглядом. Зависает на губах, и внутри все кипятком обдает. Мне кажется, мои губы - его личный фетиш.
Каин осторожно притягивает к себе ещё ближе, и я вспыхиваю до корней волос - мне снова в низ живота упирается его каменный стояк. Кажется, на нем действительно все, как на собаке.
Каин обнимает ладонью мое лицо, большим пальцем касается губ. Во мне снова просыпается темная сторона, и я обхватываю губами подушечку, чуть сжимая.
- Скажи мне, Пчелка, почему я так завис на тебе? - хрипит, нахмурившись. - Почему так тянет?
Глава 13
Майя
Пожимаю плечами, пытаясь казаться равнодушной. Только вот сердце колотится так, словно вот-вот проломит грудную клетку, а по телу одна за другой прокатываются горячие волны.
- Спермотоксикоз? С головой проблемы?
Каин усмехается и внезапно меняется.
Жесткие черты лица смягчаются, в уголках глаз появляются морщинки, а на губах мелькает почти настоящая улыбка.
На секунду мне кажется, что передо мной самый обычный мужчина. Не человек, которого боятся. А один из тех, кто после работы приходят домой обнимают жену и детей, а вечером идут гулять в парк или играют в настольные игры.
- С головой точно проблемы, - бормочет, прикрывая глаза и выдыхая. Ладонь при этом наминает мои ягодицы, подогревая меня на внутреннем костре возбуждения. - Потому что рядом с тобой меня постоянно кроет дежавю. Не могу вспомнить, где тебя видел. И это бесит. В какой, говоришь, больнице ты работаешь?
Псих резко открывает глаза. Ладонью удерживает мое лицо, заставляя смотреть строго на него. Как будто сканирует рентгеном.
Паника закруживает вихрем.
Не знаю, что ответить. Как выкрутиться. Кажется, я угодила в капкан. Если я совру, Каин может попросить перепроверить мои слова, и тогда ложь всплывет.