— Я говорил, что без меня ты в дерьме утонешь. Есть другой вариант: захлебнешься в море крови.
— Не преувеличивай. Пол отлично справляется.
Злость заворочалась внутри, преодолевая дым.
— Пола надо вводить в терапию, пока еще возможно. Ты нихуя не понимаешь. Он сломается и закрытый университет превратится в чудесное место для бойни, — Мэлл втянул дым, чувствуя к отцу лишь отвращение. — Ты с ним не справишься. Я вмешиваться не стану.
Резко поднялся, поставил полупустой бокал на бумаги перед Брэдфордом.
— Не лезь в клуб. Или я дам тебе захлебнуться. Допей, — кивнул на остатки виски и вышел.
"Что бывает, когда один воображает себя всезнающим и всемогущим, блять".
***
Галька шуршала под натиском волн. Между водой и свинцовой тучей остался маленький промежуток. Серый. Стирающий границы.
Джул села у подножия, подтянув колени к груди. Слабо ощущая стекающие из уголков глаз слезы.
Не чувствовать — лучшее, что могло случиться. Но не случилось.
Зияющая дыра в груди как пробоина в бочке выпускала все положительные эмоции. Все хорошее, что осталось с утра — радость, эйфория.
Их сменило отчаяние. Боль. Страх. Гнев. Глухой вой внутри. Никто, кроме Джул, его не слышал.
— Поговори со мной.
Мэри сидела рядом, скопировав ее позу. Положив щеку на коленку, она смотрела на Джул. Искреннее тепло в ее глазах поддерживает без слов. Всегда.
Удивительно, как в человеке уживаются почти ангельские качества. Как она их не растеряла?
Взгляд, блуждая, прошелся по берегу.
Она была здесь вчера, а словно очень и очень давно. Вчера Мэлл немного открылся перед ней. На этом месте.
Выдал странную фразу:"Не растеряй себя, Джульет, ладно?"
Непослушный пальцы завели волосы назад.
Действительно, странно. Почему она должна себя растерять? Повода не было, ведь так?
У нее — не было. Сложно переживать неизвестно о чем.
Выходит, он знал? Знал еще вчера,что ей придется пережить снова.
Знал и не сказал. Или сам слил видео?
Его поведение с ощущением прощания…
Конечно теперь она здесь не останется, сегодня же напишет заявление на отчисление и уедет сразу, как только станет возможно.
Это признание…
"Люблю тебя".
Зачем?
Оставить более глубокий след в душе, чем был? Чтобы запомнила на всю жизнь?
"Какая ты все-таки сволочь, Брэдфорд".
Закусила губу в улыбке, каждой клеточкой чувствуя подступающую истерику.
Взглянула на Мэри.
С ней расстаться будет труднее всего.
— Он… предал меня, — напряженный смех унес порыв ветра.
Кроме как предательством это не назвать.
"Как он мог молчать? Как мог скрыть от меня? Чтобы сделать больнее? Насладиться унижением?"