Тем временем под пулемётами МГ стали крошиться оргалиды по флангам. Фонтан из пуль зацепил и Синего. А ему, как комариные укусы. Оставляя за собой слабых сородичей, тварь идёт на нас, выдерживая удары.

Сорок метров до цели! И расстояние неумолимо сокращается. От шагов гиганта сотрясается земля!

— Клешни не пробить! — Воскликнул Зотов с досадой. — Да он весь, как камень!

— Цельтесь в рот! — Предложила Небесная.

— Андрей, правая клешня в сегменте! Дай огоньку туда, чтоб опустилась, — озвучил план Илья.

— Понял! — Отвечаю и прицеливаюсь, оперев «приклад» на большую ржавую балку, которая, похоже, была некогда краном.

Прицеливаюсь! Секунда, вторая… спускаю курок. Бах!!

Отдача сотрясает меня, но Медведь стоит, как стоял. Снаряд влетает выше сегмента буквально на пару сантиметров и вскользь проходит по корпусу. Твою дивизию!

И, тем не менее, Синего дёргает в сторону за снарядом.

Сто двадцать миллиметров, чёрт бы вас побрал!

— Перезаряжаю! — Объявляю, пытаясь перекричать суматоху, которая только нарастает.

Отвожу затвор, как на полигоне отрабатывали, выскакивает огромная гильза, падая со звоном неподалёку, будто это ведро уронили. Тянусь к подсумку и хватаю второй снаряд. Заряжаю!!

— Готов!

Пока вожусь, Зотов принимается долбить из «револьверов» наступающих Голубых, помогая десантникам. Броня «крабов» пробиваются на ура. Но шестизарядные барабаны быстро кончаются.

Прицеливаюсь я! Стреляю! Есть!!

Снаряд врезается у сегмента, раскалывая лапу вдоль. Клешня бессильно падает, с треском раскидывая ледяные осколки и открывая поганый рот.

Илья только этого и ждал! Спокойно производит выстрел практически в упор! Снаряд входит в дыру, как пуля в арбуз. Треск ознаменовывает вылет с задней части туловища. Тварь оседает с мощным стуком. Но не дохнет! Ползёт уже волоком, подгребая уцелевшей клешнёй. Скрежет стоит, аж зубы сводит!

Я перезаряжаюсь раньше, чем Илья и даю свой выстрел! Снаряд снова проходит в рот немного под другим углом и дальше навылет. Илья долбит следом со злорадным смехом. Его болванка сшибает щёку и выходит из брюха, взрывая землю под тварью, куда следом сыплются осколки и льётся ручьём розовая жижа.

Два десантника перезаряжают Зотову барабаны, и тот подключается к расстрелу.

Спустя минуту Синий уже не двигается. Лежит и кашляет кровью да ошмётками у наших ног. Всего–то метров семи не дополз.

— Палыч, хоть ты и не барышня, но я тебя люблю, — простонал Зотов, имея в виду туляка.

Я и сам не сумел скрыть радости. Никогда ещё так легко Синего не убивали.

Хотя где здесь легко? В ушах от выстрелов орудий звенит так, что половины слов товарищей разобрать не могу.