Но вскоре я уже не думаю об этом. У меня руки чешутся, и живые, и механические.
Потому что час высадки настал!
Глава 13 Высадка!
Мексиканский залив. 10 километров до Хьюстона.
21 июня 1906 года по старому календарю. Пятница.
11:49 по местному времени.
Солнце жаркое палит в зените, на голубом море штиль. За два километра до входа в залив Галвестон наш корабль замедляет ход до малого. Экипаж выдыхает с некоторым облегчением. Пока шли, ждали атаки с воздуха.
Но мир вокруг затаился.
Теперь не только берега в обломках, но и руины Хьюстона можно разглядеть из всех видов оптики в подробных деталях. Как и зелёные заросли, захватившие огромное пространство. Как и блеск от множества гнёзд, пробивающийся сквозь всё это великолепие разрушенной цивилизации.
Пора выдвигаться бомбардировщикам, а у нас заминка на палубе!
— Насть, ты уверена, что хочешь участвовать? — Воет Зотов, уже кассету с бомбами, как надо прихватив. — Мы не можем рисковать командиром.
— Без четвёртого меха должной площади не покроем, — отвечает Небесная, приспосабливая свою бандуру не без помощи бойцов под руководством туляка. У которого голос чертовски выразительно дрожит.
— Я готов пустить Сабурова в кабину, — выдавил Олег из открытого мехара. — Пусть вырастит кисти, за тебя полечу.
Готов ли я залезть в кабину Румянцева, меня, конечно, не спросили.
— Нет, ты не отрабатывал с бомбами. Прикрывай корабль, — командует принцесса, и крышки кабины заключают её плотным щелчком.
Как я её понимаю, самое комфортное место на корабле — это кабина, где обдув, если его настроить до холодного, спасает от невыносимого зноя.
Десантники на палубах по полной боевой выкладке, готовые в любой момент рвануть хоть в море, потому что пот с них бежит ручьём. Менее тренированные моряки устроились на огневых точках, усыпанных по периметру корабля, и прикрывают бойцов. Вид у моряков такой измученный.
Отрываюсь от палубы тяжело, вслед за Зотовым. Постукивают о поручни и друг друга шесть бомб в кассете, даже в кабине слышно. А с ними и сердце моё постукивает. Точнее долбит бешено.
Каждая бомба весит килограммов по двести. Такие с дирижаблей и сбрасывали во время драки с Синим во Владике и потом, когда японцев с Аскольда выбивали.
По мере набора высоты видно, как много этого органического дерьма навалено по разрушенным улицам. Моя цель — это правый мыс, туда и устремляюсь, поглядывая не только через боевую линзу, но и на радар, который пока без красных точек. А значит, твари ещё спят. Ждут сюрпризов.
Мехары разлетаются на позиции, идёт активный обмен в эфире.