Ныряю следом и вскрываю, как консервную банку, прорезав её вдоль по обоим бортам. Не знаю, почему Олег так долго с такой возился. Обилие воздушных пузырей закрывает обзор, но вскоре видно, как из щелей выбрасывает всяких хлам и бьющихся в агонии людей, которые пытаются из последних сил выплыть. А некоторые уже не пытаются.

Вырываюсь в воздух и я, понимая, что у людей спастись не так много шансов в открытом море.

Если они, конечно, не успели подать сигнал своим на берегу. Тогда есть шанс, что сюда прибудут спасатели.

Ещё около часа гвардейцы возятся с устранением свидетелей. От прожекторов на мехарах никому не уйти.

Под небом, усеянным мириадами звёзд, мы возвращаемся на Жемчужину.

Никогда не видел такого обильного и яркого звёздного неба. И мне хочется смотреть туда. А не на лица своих соратников.

Даже на лицо принцессы я не могу смотреть.

Оставив Медведя, хочу скорее уйти куда–нибудь в тихое и замкнутое местечко. Мне очень нужно побыть наедине с собой. Когда бой закончился, а за ним и убийства, в душе моей наступил мрак. И вернулось то забытое ощущение, когда я чувствовал себя чудовищем.

Теперь это уже не кажется мне заблуждением, или кратковременным порывом.

Я — чудовище.

Гвардейцы, поднявшиеся на палубу после рейда тоже не рады. Устали, запыхались.

— Андрей, — окликнула принцесса, когда собрался уйти, не прощаясь.

Но я сделал вид, что не услышал и поспешил скрыться, спустившись на жилую палубу.

Это моя вина. И мне нужно скорее принять эти жертвы, как необходимые. Изо всех сил. Чтобы никого не подводить и дальше. Но мне страшно оттого, что я могу усомниться в замысле Небесной и тех, кто направляет её. Лишь бы правда была за ней. Пожалуйста, Господи, пусть будет так…

Ночное совещание, на которое созвали, я пропустил. Просто не пошёл. А потом узнал, что в связи с новыми обстоятельствами было решено не заходить в третий порт в Гвинее, а двинуть прямиком в Карибское море по кратчайшему пути через Атлантику.

Потому что некоторые почему–то уверенно предположили, что на наш корабль Британия уже открыла охоту.

До сих пор мы не использовали весь скоростной потенциал «Жемчужины Байкала». А теперь наступило время. Так мы собьём с толку Британцев, как утверждает принцесса. Провизии и пресной воды должно хватить до самого Хьюстона и обратно, пусть и впритык.

Следующим утром на горизонте ещё наблюдались гражданские суда. И затаив дыхание мы ждали военные. Но уже к вечеру ни огонька вокруг, вода разволновалась и почернела, оставаясь такой и при свете.

Спустя несколько дней уже не возникло сомнений, что наш корабль вошёл в безлюдные вражеские воды. Где правят оргалиды.