Небо всё ещё пасмурное. Ближе к облакам поднимаюсь, чтобы противник не рассмотрел, если всё же он здесь. Километр до берега, мчу вдоль побережья Соединённых штатов в сторону Нового Орлеана.

Отблески пошли. Так, всё понятно.

Не думал, что линза без ручных настроек может увеличивать в шестнадцать крат. Но вот свершилось, по одному только моему желанию. Когда я задумался о том, что хочу всё же береговую линию подробнее рассмотреть, не снижаясь, меня туда прямо мысленно понесло. Мол, на смотри.

Весь берег усыпан разбитыми лодками и кораблями всяких конструкций. Навалено столько, что кажется, со всего залива именно сюда прибило посудины после страшного урагана. Дальше от воды земля в руинах, пожжённых явно уже давно. Следующая линия — метров двести от берега, это уже гряда из гнёзд оргалидов. И не такая, как на Хоккайдо. А в три–четыре раза массивнее и по протяжённости конца и края не видно. Явно уже гнёзда не одного и не пяти поколений. Как некая граница тянется и на запад, и на восток. Местами отрезки, местами целая гора из гнёзд, судя по всему, метров до десяти в высоту.

Самих тварей не видно. Попрятались, или ушли, оставив свои «дома». Но и людей не разглядеть. А вообще впечатление сложилось, с такой высоты взирая, что всё это некий художник небрежно на материк нанёс своей ледяной кистью, иногда больше кристаллической краски стряхивая.

Устремляюсь дальше.

— Андрей? — Слышу в эфире от напарника, изучающего сейчас район Хьюстона. — Что у тебя?

— Гнёзда по берегу, контакта нет, — отвечаю ему, продолжая наблюдать через линзу и поглядывая на чистый радар.

— У меня то же самое. Но ощущение такое, что кто–то уже поработал за нас, — выдаёт Илья.

— С чего взял?

— Много разбитых гнёзд.

— Все разбиты?

— Нет. Одни разбиты, другие настроены. Будто кто–то пытался прорваться, — делится впечатлениями.

— Местные?

— Смеёшься? С каким оружием?

— Тоже верно. Будь осторожен, Илья.

— Ты тоже.

Сразу не обратил внимания, а теперь и сам вижу. Часть гнёзд разорена и переломана. На земле множество глубоких борозд. Которые оставить мог либо оргалид…

— Здесь был мехар! — Раздаётся от Ильи, который уже пропал с моего радара. Но всё ещё в зоне досягаемости радиопередач.

— С чего взял? — Переспрашиваю.

— С чего, с чего. Клинок отломанный торчит в гнезде. Сейчас спущусь, чтобы убедиться.

— Не вздумай! — Ахнул я. — Это может быть засада!

— Да, это клинок меха, — отвечает спустя минуту, не послушав меня. — Андрей?

— Илья, гляди в оба, — говорю ему ворчливо, продолжая исследовать свою часть берега с высоты птичьего полёта через оптику.