— Матрёна, это ничего. Надеюсь, недолго ему осталось наши тайны хранить.

— Алёша, ты уверен, что он больше не появится?

— Прошёл всего час, но теперь даже не знаю, — честно ответил я, ибо таких точечных манипуляций с человеческим мозгом раньше никогда не проводил. — Но в любом случае, в доме его валить было нельзя. Даже если бы всё убрали и тело спрятали, люди бы уже завтра в лесу нашли его машину. Арнольд Драбужинский как артист — личность в СССР знаменитая. После известий о пропаже сюда бы всех собак согнали. До вмешательства КГБ дошло. Матрёна, как ты думаешь, к кому они пошли бы в первую очередь вопросы задавать?

Я повторил все свои доводы, не позволившие разнести голову Драбужинского на куски.

— Мест, куда прийти за ответами, у нас в селе немного. Ладно, Алексей, что сделано, то сделано. Как мой отец говорил, утро вечера мудренее. А теперь быстро в баню, спать. Там уже постелено.

Получив указ, я уже направился к бане, но Матрёна меня окликнула.

— Алёша, и ещё одно. Предчувствия нехорошие меня всю неделю терзают, насчёт нашего рыжего охламона. Съезди завтра в город. Привези ко мне Саньку. Заставлю его потолок чинить.

— Хорошо, завтра же найду этого пропащего. А то по нему даже ниф-нифы с нуф-нуфами в хлеву соскучились, без конца хрюкают. А ты, Ивановна, перед сном за телевизор загляни. Мне показалось, наш московский артист в конце своей внезапно окончившейся гастроли, закинул туда свои золотые часики от испуга. Прибери их аккуратно, не касаясь руками.

Дав знахарке поручение, я подумал, что, возможно, оброненный трофей пригодится для ритуала поиска. Затем вспомнил про своё беспокойство насчёт Сани. А в бане, едва опустив голову на подушку, сразу вырубился.

Откат превратил сон в череду кошмаров. В них я снова боролся с чем-то тёмным, при этом ощущая, как со стороны за этим наблюдает кто-то по-настоящему опасный.

* * *

Проснулся я только в половине десятого и первым делом сбегал на речку, чтобы смыть с себя все наваждения и остаточную усталость. После водных процедур позавтракал варениками с творогом и собрался отчалить в город. Это заметила моя будущая мама и, подловив у ворот, всучила список. На тетрадном листке в клетку было перечислено, что я обязательно должен закупить в городе. Приняв его, я наотрез отказался брать протянутые купюры и уехал.

Первым делом заехал к Ольге. Думал застать у неё акулу пера, но, судя по отсутствию красной «копейки», опоздал. Ольга предложила позавтракать, рассказала, что Волкова рано утром укатила в Смоленск по каким-то очень срочным делам. Затем поведала о своих планах: в последние летние деньки сходить с Наташей позагорать на речку. Кроме этого они хотели поиграть в волейбол.