А пока я извлекал скрытое, участковый обратился к одному из лесхозовцев, нашедших детей.

— Коля, ты сказал, что там кусок проволоки в дужку продет был?

— Ну да, была проволочина, я сам её выдёргивал, — подтвердил тот.

— Она завязана была?

— Да вроде нет. Извини, Иваныч, когда дети нас услышали и начали звать изнутри, я через кусты ломанулся и особого внимания на детали не обратил. Помню одно: проволочину сорвал и сразу под ноги кинул.

Коля действительно разволновался в момент спасения детей и действовал машинально. Я же в луче фонаря заметил, как он перед тем, как вырвать проволочину, крутанул скрутку. Разумеется, Панфилову это сообщать не стал. Уж больно много в этом происшествии странных пробелов, намекающих на вмешательство кого-то из тёмных. Из-за этого у меня возникло желание, не поднимая паники, разобраться во всём самому.

Передав пригревшегося пацанёнка Степану, участковый походил вокруг ёмкости и сам всё внимательно осмотрел. Разумеется, изъятую мною проволоку не нашёл. После этого решил указать все странности в рапорте и передать начальству для рассмотрения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Сам он насчёт заинтересованности нашего пожилого начальника РОВД в расследовании был настроен скептически. Знал: со стопроцентной вероятностью полковник, узнав, что дети целыми возвращены родителям, прикажет все расследования прекратить. Надо отдать должное Панфилову — несмотря на его предвидение насчёт действий начальства, он собирался продолжить собственное расследование.

Насчёт того, что место нехорошее, я не ошибся: читая размышления Панфилова, я узнал, что в прошлом здесь несколько раз находили погибших местных жителей. Во время начала службы участковым инспектором, около восемь лет назад, он сам вывозил отсюда труп погибшего грибника. Того завалила рухнувшая кирпичная стена, когда он проходил сквозь заброшку. Мужчина выжил и даже выбрался из-под завала, но переломанный не смог доползти даже до просеки и скончался.

До этого случая участковый, служивший на этой территории до Панфилова, рассказывал о провалившемся в подземный резервуар охотнике и о бабульке, ноги которой придавило шпалами. Каждый раз люди, случайно нарвавшиеся на смертельную опасность, какое-то время жили, но всё оканчивалось для них плохо.

Как я понял, каждое происшествие, казавшееся досадной случайностью и заканчивавшееся смертельным исходом, происходило примерно раз в десять лет. Из-за слишком больших временных отрезков, первым кто начал сопоставлять эти случаи, стал именно Панфилов.

— Сергей Иваныч, о чём задумался? — спросил я участкового, когда он закончил осмотр ёмкости.