— Из-за тебя, Алёшка, подорвала я сегодня свой авторитет всевидящей деревенской колдуньи, — констатировала знахарка, когда мы выехали на отсыпанную гравием дорогу. — Ну ничего, когда слухи о моём проколе разойдутся по округе, может, перестанут каждый божий день по десятку баб со своими проблемами являться. Дадут наконец бабке отдохнуть на старости лет и нормальным обучением Машки заняться.

— Матрёна Ивановна, да какая ты старая? На тебе ещё пахать можно, — как мог подбодрил я заулыбавшуюся знахарку и тут же решил, что пора ввести её в курс дела. Рассказал о проволочке, закрывшей детям выход, и об образе в виде силуэта бородача, скрытом в подсознании девочки.

— Ох, нехорошо это всё, Алёша. Там, где ты деток отыскал, места дюже нехорошие.

— Участковый о том месте точно так же думает, — признался я.

— Оно и понятно: грибник, переломанный рухнувшей стеной, не выжил. Охотник в яме с водой, которая после демонтажа автоклава в земле осталась, несколько дней прожил. Из ружья стрелял, но этого никто не услышал. Да и бабка та, которой ноги развалившейся стопкой старых шпал прижало, тоже не выбралась. До этого, сразу после закрытия шпалового цеха, тоже непонятный случай в тех местах был. Лесхозовского работника угоревшим нашли в брошенной бытовке. Мой муж сказал, что не мог его старый знакомый трубу буржуйки тряпками забить и спать лечь. Не с чего ему было счёты с жизнью сводить. Я сама там только один раз была ещё в те времена, когда шпаловый цех работал, так вот то место мне уже тогда нехорошим показалось.

— Матрёна Ивановна, мне тоже как-то не верится, что кирпичная стеночка десятки лет стояла, а когда человек мимо проходил, прямо на него внезапно завалилась. Проволочка, яма, стопка развалившихся шпал — уж больно похоже всё на подстроенные кем-то ловушки.

— Думаешь, кто-то из тёмных людишек раз в десять лет в игры со смертельным исходом играет?

— Бесплотный дух проволочку в дужки продеть и закрутить не сможет, да и в чертей я пока их не увижу — не поверю. Между тем странностей, связанных с пропажей детей, хватает. Они не помнят, каким образом так далеко забрались. Реально верят, что не дальше чем на километр в лес углубились, и потеряли счёт времени. Да и бородатый этот у меня из головы не уходит.

— Значит дети, счёт времени потеряли, — знахарка призадумалась. — Знаю я одно местечко за водохранилищем, где люди плутают между тремя ёлочками часами, а потом некоторых из них мёртвыми находят как раз где-то раз в десять лет.

Меня слова Матрёны заинтересовали. Не знаю почему, но я, несмотря на расстояние между нехорошими местами в двадцать километров, почувствовал, что они могут быть как-то связаны.