Мои размышления о настоящем и будущем прервал лакей, принесший поднос с едой и кофе. Система подогрева была встроена прямо в него, и температуру можно было регулировать на своё усмотрение. Как только слуга удалился, пятясь и кланяясь, я первым делом по привычке провёл ладонью над всем, что он принёс. Встроенный в фамильный перстень определитель ядов тревогу не забил. Вероятность, что меня попытаются отравить, конечно, невелика: всем известно, что обычай проверять еду и питьё в аристократов закладывают чуть ли не с рождения. Но лучше не пренебрегать правилами безопасности и проявлять бдительность.

Ничего волшебного, кстати, в кольце нет. Обычное устройство, продукт высоких технологий.

Когда-то люди думали, что, раз у них есть наука, магия им ни к чему. Но в определённый момент оказалось, что если технологии есть у всех, то выигрывает тот, кто обладает тем, что превосходит технологии. Так и появились Старшие Дома — дворянские рода, которые скрестили свои ДНК с существами, населяющими Энцелад, превратив их в симбионтов. Собственно, обнаружение этих единственных обитателей спутника Сатурна и положило начало как евгенике, так и магии. И безраздельной власти Старших Домов под эгидой императора. Те же аристократические рода, которые не смогли вывести линии, способные вступать в симбиоз с существами Энцелада, постепенно утрачивали влияние, мельчали, вырождались или входили в состав более успешных родов, превращаясь в их вассалов и слуг.

Снова раздался стук в дверь. На этот раз — более уверенный.

— Входите! — крикнул я, на всякий случай вставая.

Врага лучше встречать на ногах. Каждая секунда может оказаться решающей.

В комнату вошла моя мать. Вернее — женщина, родившая Белогора. Лично у меня к ней никаких тёплых чувств не было. Не могу даже сказать, что она мне нравилась. Если честно, кажется, для неё я тоже стал разочарованием. Неудивительно: она, наверное, так гордилась, что из всех жён князя произвела на свет самого перспективного отпрыска, а потом всё пошло прахом.

— Ты уже встал, — холодно проговорила Ольга Велимировна, смерив меня почти брезгливым взглядом сверху донизу. — Хорошо. Отец тебя зовёт. Сейчас.

— Что-то срочное? — спросил я.

— Думаю, да. Приходи побыстрее. В белый зал.

И она немедленно вышла из комнаты, как будто не желала находиться со мной в одном помещении сверх необходимого.

В такой ранний час князь, конечно, не стал бы подрываться ради того, чтобы пожелать мне доброго утра. Очевидно, дело, и правда, срочное. А это уже любопытно.

Переодевшись в чёрный мундир без знаков различия, только с нашивкой в виде герба на правой стороне груди, я провёл ладонью по волосам, приглаживая их от лба назад, и отправился в белый зал.