— Будь благословен, — проговорил отец Никон. — Господь любит тебя. Он всегда с тобой, и ты пребудь с ним. Ананке!

Дождавшись, пока он осенит меня знамением, я поклонился установленному за алтарём иконостасу — созданным с большой тщательностью и реалистичностью трёхмерным ликам святых Эклектической церкви: страстотерпцам, великомученикам, подвижникам и так далее.

— Честь зажечь в этом храме вечный огонь веры предоставляется его благородию экзобарону Коршунову! — провозгласил отец Никон.

Я подошёл к купине, установленной перед иконостасом. У неё была всего одна кнопка. Её я и нажал.

Тотчас из сопла показался белый язычок плазмы — неугасимый огонь, символизирующий веру адептов Эклектической церкви.

— Благодарю вас, господин экзобарон, — сказал священник. — Отныне здесь будет оплот и пристанище верных сынов и дочерей Господа!

Ещё раз поклонившись ликам святых, я отошёл вправо, где мне предстояло наблюдать за тем, как принимают Причастие остальные прихожане.

Следующим к отцу Никону направился Котов. Советник перебирал деревянные чётки, губы его шевелились в беззвучной молитве. Глаза были устремлены на иконостас. Похоже, истинно верующий. Нужно это запомнить.

Первая партия причащавшихся была небольшой, так что ритуал прошёл быстро. Получив благословение, каждый выходил из храма, освобождая место. Как только церковь опустела, в двери показалась следующая группа — куда больше численностью.

Из-за проверки уплаты десятины церемония обещала быть долгой, так что я предался размышлениям о том, что и в каком порядке предстоит сделать в ближайшем будущем.

Люди подходили к священнику, сменяя друг друга, но вскоре я уже не замечал их. Они стали фоном. Я даже перестал слышать голоса и пение хора, лившееся с балкона над входом.

Время шло незаметно, поток прихожан не иссякал. Всё-таки, я привёз с собой почти две тысячи человек. В огромном замке их присутствие не было заметно, да и на улице в глаза не бросалось, но здесь, в маленьком храме, выглядело совершенно иначе.

Я так погрузился в размышления, что очнулся, только когда дошла очередь до кабальных: армейские мундиры сменились рабочими комбинезонами.

Империя не отказывает в Эликсире никому. Любой может получить ложечку, если вносит десятину. Беднякам она обходится намного дешевле, что в каком-то смысле делает их на мгновение богаче самых могущественных аристократов.

Когда я только попал в этот мир и начал разбираться в его устройстве, то очень скоро задался вопросом: зачем нужны рабы, если здешние технологии позволяют делать клонов?

Оказалось, причин, по которым людей не клонируют, несколько.