В кресле становилось тесновато. Чувствуя себя эгоистичной сукой, Катрин все же совладала с желанием оставить все как есть и подтолкнула Блоод в спину.

Суккуб всегда понимала, когда хотела понять. Взгляд янтарных змеиных глаз обратился к мужчине. Лорд Тайр сидел, крепко вцепившись в дубовые подлокотники кресла. Выглядел бедняга стопроцентным паралитиком. Но Блоод столь малозначимые отклонения в мужском здоровье не смущали. Вытянувшись на коленях подруги, она с театральной томностью подтянула чулки и соскользнула на ковер. Ох, какими только способностями боги не награждают свои ночные творения…

* * *

…Игра порядком опьянила. Мужчина изнемог и выпал из игры. Пришлось взять небольшой перерыв и дамам. Только тут Катрин ощутила, что суккуб остается напряжена. Черт!

Катрин зашевелилась.

— Куда? — пробормотала Маб.

— Нужно предупредить моих людей. А то они на штурм пойдут. До утра еще уйма времени, мы вернемся, если вы не против.

— Пожалуйста, возвращайтесь, — умоляюще пролепетала рыжая красотка. Ее муж издал неопределенный просительный звук, хотя уж ему-то отдых был совершенно необходим.

— Пойдем, — ласково сказала Катрин подруге. Блоод двигалась с совершенно непривычной для нее скованностью. Ланон-ши было тяжко.

Катрин подхватила свои вещи. Натягивала одежду она в соседней комнате, дабы не мешать обессиленным супругам. Торопливо сунула за пояс брюк ножи.

— Дура я. Сука. Прости меня.

Против обыкновения Блоод молчала. Катрин накинула на ее плечи рубашку. Больше ничего не понадобится.

В коридоре стояла тишина. Было уже глубоко за полночь. Самые стойкие любители пива давно расползлись по комнатам. Даже бараниной снизу уже перестало вонять.

Катрин остановилась у двери соседнего с покоями супругов Тайров номера. Вынула нож.

— Здесь четверо здоровых мужиков. Справишься?

Блоод обняла ее за шею:

— У меня есть? Другой выход?

— Есть. Могу для надежности прирезать двоих.

— Не нужно. Спасибо. Больше — лучше.

Катрин занялась засовом. Дверь была хлипкая, проблем не возникло. Из приоткрывшейся щели дохнуло спертым воздухом. Видимо, комнату просторной назвать было трудновато. Слышалось разноголосое похрапывание. Может, их там больше четырех? А, все равно.

Катрин сняла с подруги ненужную рубашку.

— Если можно, постарайся обойтись без смертей. Все-таки здесь люди наших знакомых. И не очень долго засиживайся.

— Только пища. Им — удовольствие. И добрый-добрый сон. Не волнуйся, — суккуб коснулась губами щеки подруги и исчезла в сонной темноте. Катрин аккуратно притворила дверь. Сжимая в руке нож, напряженно прислушалась. Ничего. Кажется, одно из посапываний изменило тон…