Катрин покачала головой:
— Ну, насчет добрая ты несколько загнул. Я Блоод люблю, но пташкою безвинной ее не назовешь. Нормальная, здоровая и естественная ночная ланон-ши.
— Она ко мне добрая, — тихо сказал Энгус. — И ко всем нашим тоже. Ты ко мне тоже добра была, я этого не забуду. Только ты все время идешь куда-то, а Блоод идти некуда. И мне некуда. Я ей нужен.
— Может, и так. Да только слишком разные вы. Что будете делать? Жизнь, она не завтра кончается. Жизнь, она длинная и местами скучная. Ты ночью всех поубивать был готов. Ревность это, слыхал? Штука крайне липкая, ядовитая, от нее особо не спрячешься.
— Не ревность это. — Энгус болезненно двинул челюстью. — Боюсь я за нее. Вот вы давеча ушли. Я толком не знаю, куда и зачем. Сижу как дурак последний. Фир Болг рассказывал, что раньше схваченных ланон-ши убивали на костре. Жгли живьем. Я же боюсь ужасно. За нее.
Катрин невесело ухмыльнулась:
— Точно. Убьют. Если поймают. Можно подумать, нас с тобой редко пытались убить. А мы ведь не особо шокируем народ своей красотой колдовской, да и пиво сосать любим куда больше, чем кровь. Будь спокоен, если мы попадемся, то все кончим примерно одинаково. Дело в ином. Тебе будет трудно с Блоод.
— А с кем мне будет легко? Ну, скажи, а? С какой-нибудь деревенской дурой, которая запирается в доме, когда солнце еще над околицей висит? Я буду с Блоод, пока она согласна. Если позволит, то до самой своей смерти. Она будет всегда молодая и будет делать все, что она захочет. Клянусь богами, я хочу лишь, чтобы с ней ничего дурного не случилось. Демоны меня раздери, я буду приводить ей мужчин, если нужно будет. Раздевать буду, кровь им сцеживать. Да все что угодно, я не могу без нее!
— Тихо, разбудишь! — Катрин ухватила парня за рукав. — Не горячись. Подумай о ней. Как она будет… хм, питаться, зная, что ты рядом? Лично я не люблю, когда мне смотрят в рот. Думаю, Бло тоже не придет в восторг.
— Да мы говорили об этом, — сказал жалобно Энгус. — Бло говорит, что двуногие ей нужны не так уж часто. Я привык, когда она кролика или курицу берет. Привыкну и к мужчинам. Она всегда красивая, она…
— Черт, «красивая», не то слово. Ты вот способен, — Катрин слегка запнулась, — способен просто смотреть на нее?
— Ну, да, — Энгус смутился. — Бло думала, что я нездоров, проверила. Ну, я, конечно, не очень-то, но все-таки… в мужском смысле… Ну, ты поняла. Люди всегда Блоод или боялись, или вожделели. А я могу с ней просто разговаривать.
— Что ж, это серьезный довод, — согласилась Катрин. — Надеюсь, ты не рассчитываешь ограничиваться только разговорами? Блоод может расстроиться.