— До берега не так уж далеко, — пробормотала Катрин.

— Не успеем, ветер совсем спал, — прохрипел гребец рядом. Он сжимал в кулаке плетеный оберег, шнурок врезался в шею, но мужик этого не замечал, всматриваясь в ныряющих тварей.

Катрин ошеломленно помотала головой. Экипаж, все эти грубые, загоревшие дочерна корсары-пираты сейчас выглядели сущими покойниками. Двое уже бормотали, обращаясь к богам. Милая дамочка всхлипывала, закрыв лицо ладонями. Только офицер еще походил на сохранившего самообладание человека.

Добил девушку Квазимодо. Слезы оставляли дорожки на щеках парня, застревали в глубоких шрамах-дырах. Источающий влагу красный провал глазницы ужасал.

— А ну перестань живо! — зарычала Катрин. — Гимназистка хренова.

Противопоставлять себя обществу шпионка не собиралась. Люди опытные. Раз мнение коллектива таково, очевидно, придется умирать. Но уж не захлебываясь в собственных соплях и слезах. На такую предсмертную благостность Катрин категорически не желала соглашаться.

Перепрыгивая через мешки и скамьи гребцов, девушка кинулась на корму. Попутно хлопнула по плечу офицера:

— Что замер, сотник?

Капитан отсутствующе смотрел в море. Катрин снизу дернула его за штанину:

— Рули, уважаемый!

— Не уйдем, — прохрипел бородач. — Не видишь, что ль, девка.

— Уйдем не уйдем — скоро узнаем. Давай рискни, попробуем.

— Нечего пробовать. Молись своим богам, баба, не вовремя ты в море сунуться вздумала. — Капитан выпустил кормило и сел на настил. — Судьба у нас известная.

Катрин удержалась от желания немедленно двинуть ему в челюсть. Обернулась, махнула Квазимодо. Слава этим самым безымянным богам, парень понял. Дорожный мешок лежал рядом, через мгновение парень прыгал по скамьям с заветной фляжкой в руках.

Джин, хоть и не королевский, но вправлял мозги здорово.

— Ух, — капитан огнедышаще выдохнул, — благодарю, леди. Напоследок оно вовсе не плохо. Всегда знал, что тот сухой закон не для честных драккаров. — Моряк глотнул еще.

— Норма, — сказала Катрин, отбирая флягу. — Давайте еще помучаемся. Что на месте торчать?

— Они догонят. Учуяли уже. Мы по сравнению со стурвормом все равно что та медуза. Только еще медленнее и не стрекаемся.

— Так поплыли навстречу. Пусть жрут быстрее.

— Сожрут, когда захотят, — убежденно сказал капитан. — На то воля богов. Известное ведь дело. Дедов жрали, нас жрут и сыновей жрать будут. Был бы змей один, еще бы повозились. А пара, оно понятно. Время наступит, подплывут.

— Да ни хрена, — зашипела Катрин, сгребая его за жилет. — Хоть на миг, а оттянем. И пострекаемся. Иначе мне боги не простят. Хобби у меня такое, всяким тварям аппетит портить. Командуй, гондон старый!