Катрин машинально вертела на запястье затерявшиеся среди изобилия чеканного серебра, костяшки «браслета возвращения». Великая ценность или ничтожная пустышка в здешнем мире? Может быть, этот островок с солнцем и рыбьей чешуей и есть настоящее Эльдорадо?

— Зачем носишь? Память? — спросила Блоод, не поднимая головы.

Катрин помолчала. У воды бродили длинноногие кулички, внимательно смотрели на речную даль.

— Память… да. Только я теперь забыла, о чем она, та память. Что-то с памятью моей стало, все, что было не со мной, помню. М-да…

— Тебе плохо?

— С чего ты взяла? Наоборот, чтой-то слишком благостно мне.

— Тебе не нравится. Я?

Катрин поднялась на локте:

— Ты, Бло, у людей дурного набралась. Комплексы какие-то, глупости надуманные. Ближе тебя у меня никого нет. Ты же знаешь.

— Я рада. Но ты путаешь.

— Ничего я не путаю, — пробурчала Катрин. — Это у тебя вопросы странные. От голода, наверное. Вообще-то я тебе обещала мужчин.

— Нет. Все нужные. Лишних самцов нет. Подожду. Привыкну. Пока кролики и курицы. И украшения на тебе. Мне нравится, — Блоод неощутимо оказалась рядом и принялась мягко и сладко доказывать, что ей действительно нравится.

* * *

Лестницу подправить тоже не мешало бы. Когда ступаешь, некоторые из камней шатаются под подошвами сапог, приходится опираться о стену. Оборону здесь держать одно удовольствие, но вот самим забираться наверх… С другой стороны, долго ли продержишься на открытой всем ветрам площадке?

Катрин выбралась на смотровую площадку. Здесь было пустовато. Только голый флагшток. Вылинявшее до полной неузнаваемости, старое знамя сняли еще в первые дни. Пусто и неприлично. Сейчас на площадке красовался лишь рассохшийся ящик непонятного предназначения. Хозяйка цитадели оперлась о массивный зубец, глянула вниз. С высоты внутренний двор казался маленьким. И здорово загаженным. Штабель бревен, обрезки чурбаков и досок, куча песка, которую растащили по всему периметру. Песочницу, что ли, сделать? Наследники Ингерн будут возиться, «пирожки» лепить. Впрочем, до наследников дело еще не дошло, а песок, видимо, целиком уйдет на ремонт мостовой у ворот. Со всем остальным потом разберемся.

Катрин удержалась от соблазна плюнуть на лысеющую макушку Даллапа. Шутка, недостойная миледи, и вообще крайне дурного тона. Тем более что все равно не доплюнешь.

Экие глупости лезут в голову. Совсем спятила от лордовской жизни. Сиятельная хозяйка втиснулась между теплыми камнями зубцов и села, поджав ноги. От высоты захватывало дух, но Катрин нравилось рисковать. Хотя опять же вопиющая дурь…