Странно. Очень странно. Ни чип, ни полковник — никто не нарушал тягостного молчания.

Полковник медленно откинулся в кресле, сложив пальцы в остроконечную пирамиду. Его ледяные голубые глаза буквально впивались в Краса, словно скальпели его душу.

— Знаешь, мальчишка, — его голос звучал как скрежет металла по камню, — вот сижу, смотрю на тебя… и никак не пойму: кто ты такой? — Пауза. Намеренная. Давящая. — То, что ты не военный — видно сразу. Ты даже не удосужился поприветствовать своего прямого начальника.

Крас резко поднял руку к виску, но полковник остановил его едва заметным движением ладони:

— Не стоит. Опоздал. Да и… — его губы искривились в подобии улыбки, — сейчас это не главное.

Взгляд Варга скользнул по форме Краса, останавливаясь на микроскопических деталях:

— Я видел, как ты изучал мой китель. Он тебе незнаком, да? Ещё одно подтверждение, что воинских знаний у тебя — ноль. — Он резко хлопнул ладонью по столу. — И не пытайся запросить помощь у своего чипа. В моём кабинете М. У. Л. И. не работают. Кроме моей, разумеется. Безопасность… — его голос стал сладким, как яд, — ты же понимаешь.

Тишина. Густая, как смола.

— Так что… — полковник наклонился вперёд, сжимая пространство между ними, — придётся тебе говорить самому, полагаясь на свой ум и смекалку. И знай — меня не так просто обмануть.

Он протяжно выдохнул, подчёркивая каждый слог:

— Кто. Ты. Та-кой, Мёрфи-Алек-Си?

Крас сжал зубы, изображая наигранную искренность:

— Не знаю!

Полковник разразился коротким, сухим смехом:

— Врёшь.

Он ткнул пальцем в воздух:

— Твоя мимика. Язык тела. И… — указал на незаметный датчик в столе, — мой сканер лжи. Ты всё прекрасно помнишь. — Стол замерцал красным — подтверждая слова. — Сказочки про амнезию оставь для таких простаков, как сержант Габенс… или моя дочь.

Глаза полковника сузились:

— Странно… Капитан, встречавший вас после спуска, должен был раскусить тебя сразу. Видимо, ты успел запудрить мозги Ките… и она за тебя вступилась.

Он с отвращением скривил губы:

— А потом ты обработал нашего медика Масу-Кири-Да… Да так, что теперь по всей части ходят слухи о «легендарном любовнике» в лице новобранца.

Полковник язвительно поднял бровь:

— Женская половина гарнизона, конечно, в восторге… Но это не суть важно.

«Что значит женская? Сука, обо мне что и мужики судачат? Видимо среди военных затесались пидорки, или как их тут называю „кваши“. — Мысли Краса метались, как пойманный в ловушку зверь, но внешне он оставался холоден. — Твою мать, Серёжа опять не о том думаешь, Китин папик явно настроен не дружелюбно, этот прожжённый вояка видит меня насквозь, ему даже ментальные способности не нужны, чтобы распознать ложь. И что ему говорить, он явно ждёт ответа и врать мне кажется, ему не стоит!».