– Я хочу быть лучшей версией себя, когда мы поженимся, – сказала она ему однажды вечером, когда они вернулись домой с вечеринки и Каз овладел ею возле двери. Его завораживало, как они могли быть одновременно страстными и грубыми, но нежными и мягкими, как одно не исключало другого, как Салем умела возбуждать и успокаивать его.

Позже она лежала на кровати, прижавшись к нему, и вырисовывала пальцами узоры на его груди.

– Ты же понимаешь, что мы уже женаты? – спросил Каз, медленно поглаживая ее плечо. – Нам просто нужно узаконить наш союз.

Салем улыбнулась.

– Все равно хочу сделать все правильно. Я… – Она замялась. – Я никогда не грезила о любви и уж тем более не думала браке. Знаю, что это мои личные предубеждения, но теперь, когда у меня есть ты, когда у меня есть мы, я хочу стать лучше. Хочу быть с тобой, зная, что ты получишь лучшую версию меня. Ты… ведь сможешь подождать?

Каз нежно поцеловал ее в губы, и морщинка меж ее бровей тут же стерлась.

– Если понадобится, я буду ждать вечность.

И он говорил серьезно.

Ради нее Каз готов ждать до скончания веков. Черт возьми, он будет счастлив просто быть с ней, как прежде, если таково желание Салем, пока они не состарятся и не поседеют. Кто-то мог бы подумать, что чужая свадьба пробудит в нем тоску, но это не так. Много лет назад Каз уже принес Салем клятву на алтаре во время их собственного нетрадиционного ритуала, созданного лишь для них, в их первую ночь. В глубине души он уже считал, что они женаты, и знал, что Салем придерживается того же мнения.

Так что да, черт возьми, он готов ждать, пока она не почувствует, что стала лучшей версией себя. Хотя, если бы кто-то спросил у него, Салем уже ею была. Лучшего он и представить не мог.

Гости заняли свои места. Каз узнал Натана, брата Мелиссы, и да, он все еще недолюбливал этого парня за тот случай много лет назад, когда он сидел слишком близко к Салем. Да, Каз был собственником, но Салем не возражала, а других это не касалось.

По лестнице спустилась Адити, а за ней следовала Салем, и Каз почувствовал, как у него снова перехватило дыхание от ее поразительной красоты. Ее растрепанные локоны, напоминавшие змей, увековеченные на холстах в их доме, ее миниатюрная фигура, которая с годами стала еще более аппетитной, сводя его с ума, и ее глаза. Ее блестящие золотистые глаза, что наполняли его душу до краев каждым взором.

За ними следовала Мелисса, но Каз не мог отвести взгляд от Салем, не замечая никого и ничего вокруг, только ее, грациозно шагающую на этих опасных каблуках и остановившуюся на противоположной стороне прохода. Она скользнула взглядом по его шее, где, как он полагал, остался след от помады, и скромно улыбнулась.